Мини-чат

Войти на сайт

Страница 1 из 212»
Модератор форума: Sasori_Akasuna 
Аниме форум » Наше творчество » Книжная полка » Фанфики » Кто знал, что любовь убивает? (AU! Hanahaky)
Кто знал, что любовь убивает?
VitrumOffline
Завсегдатай
Дата: Суббота, 06.01.2018, 00:47 | Сообщение #1


Автор: Vitrum

Фэндом: Monsta x

Пэйринг или персонажи: Чангюн\ОЖП, Чжухон\ОЖП

Рейтинг: PG-13

Жанры: Романтика, Ангст, POV, AU, Учебные заведения, Дружба

Размер: Мини

Кол-во частей: 8

Статус: закончен

Описание: Надо жить, как улитка, – от мгновения до мгновения, по сантиметрику.
"От вздоха до вздоха, от одного удара сердца до следующего" - мысленно добавляет Чангюн, смотря на букет из лепестков в своих ладонях. || AU! Hanahaky



Глава первая.

Ханахаки — вымышленная редкая болезнь, вызванная безответной любовью, сопровождаемая кашлем с выделениями в виде цветочных лепестков. Полное выздоровление возможно лишь при взаимной влюблённости. Также может быть вылечена проведением операции, но побочный эффект — утрата всех чувств. Без лечения больной Ханахаки умирает от удушья, цветы внутри него заполняют все легкие, или остановки сердца

Жизнь (Судьба) иногда подкидывает иронию, иногда приятную, иногда не очень. Когда Чангюн закончил старшую школу и решил поступать в другой город, я залила всю его светлую рубашку своими слезами, оставляя повсюду следы дешевой туши и не желая его отпускать. Я познакомилась с ним, когда переходила в старшие классы в новой школе, где он учился. Он был спокойным, рассудительным и не особо активным, по сравнению с местным заводилой Ли Минхеком, чем и привлек мое внимание. Мы быстро нашли общий язык друг с другом, ведь я была в точности такой же.

Мы впервые заговорили друг с другом в библиотеке, и с тех пор это было нашим любимым местом для встреч. Целыми вечерами мы засиживались среди деревянных, заполненных книгами, стеллажей, обсуждая зарубежных авторов, а также готовились к грядущим экзаменам, которые из года в год усложняли непонятно для чего. Частенько я просила парня помочь мне с уроками, ведь он был старше меня на год и этот материал хорошо ему знаком. Хотя, училась я вполне неплохо, мне всегда хотелось быть лучше… и проводить время с Чангюном хоть чуть-чуть побольше. Он стал мне родным за два года в старшей школе. Воспоминания застилали глаза: как однажды мы решили сбежать с занятий и провели весь день в парке аттракционов, невзирая на дождь. Как втихую ставили книги с религией в разделы фантастики. Как делили одну пару наушников на двоих и слушали любимую музыку в школьной поездке в автобусе.

Я знала многие предпочтения Чангюна. Любимые исполнители, цвета, напитки, любимый вкус мороженного и фильмы. Но сколько бы мы не обсуждали литературу, я никогда не слышала от Гюна кто его любимый автор, или какая книга нравится больше остальных. Он говорил, что «Гессе имеет собственный цвет и стиль написания, но у Коэльо символика в произведениях больше видна», что «Гёте писал слишком депрессивно, а Ле Гуин часто поднимает психические и социальные проблемы в детских фентэзи-притчах». На мой очевидный вопрос он лишь лукаво улыбался и делал вид, что не расслышал его, либо незаметно переводил тему. И так каждый раз — я могла лишь догадываться, о чем он читает по ночам и чем вдохновляется.

В день нашей последней встречи, когда я провожала его, стояла хмурая погода. Небо заволокли тяжелые тучи, но дождя не было, дождь был в моей душе. Чангюн даже не пытался успокоить меня, давая все выплакать, считая, что вредно всё копить в себе и сдерживать. «Не стоит закрывать свои эмоции» — любил он говорить. Я же знала, что ему, в какой-то мере, приятно, что когда он покинет этот огромный город, кто-то здесь будет по нему скучать вечерами. Что кто-то здесь всегда будет ждать его. Чувствую, как мне что-то передают в руки, и лишь вопросительно поднимаю голову, взглядом спрашивая «Что это?»

— Вот, возьми — он по-прежнему тепло улыбается, и ветер так забавно заставляет ложиться его волосы, — ты часто спрашивала, какая книга у меня любимая. Я бы мог сказать это раньше, но хотел именно сейчас.

Я опускаю взгляд на книгу в толстом переплете. На вид совсем новая, кажется, даже ощущается запах типографской краски и переплетного клея. Обложка гласит «Весь невидимый нам свет», Энтори Дорр. Я где-то слышала об этом произведении. В нем говорилось о слепой девочке и робком мальчике, которые пытались выжить во времена бушующей войны и сохранить свой «человеческий облик». Так значит, такие книги нравятся Чангюну? Видеть свет и надежду, когда вокруг царит тьма и хаос? Мне казалось, что Чангюн был реалистом, нежели оптимистом. Видимо, так складывается его, пусть и не тесное, общение с Минхеком. Провожу ладонью по обложке, открывая её, но крепкая ладонь накрывает мою руку и не позволяет этого сделать. Почему? Там что-то есть для меня? Наверняка хочет сделать это как в дорамах, чтобы я прочла, когда он уже уедет. Временами он такой дурашка.

— Это наша не последняя встреча, Хонг, — он проводит пальцами по моим щекам, стирая дорожки слез, — отдашь мне её при нашей следующей встрече.

Чангюн касается губами моего лба и крепко обнимает напоследок, обещая написать, как только приедет. Обнимаю его в ответ, и с каждым мгновением отпускать становится всё сложнее и сложнее, но приходится. Я должна уважать его мнение, Кванджу его родной город, я понимаю его желание учиться дальше там, где он родился. Сеул же мне стал родным только из-за тебя, как же мне теперь тут быть?

Я смотрю на его широкую спину, пока она окончательно не скрывается с поля зрения. Так, подобно осеннему ветру, улетала моя первая любовь. Кажется, я всегда буду помнить его парфюм в этот день, мягкость губ и тепло рук. Первая любовь. Она пришла ко мне весенней свежестью ветра в период цветения сакуры и улетела осенней пробирающей прохладой. Нам с Чангюном никогда не быть парой: мы родственные души, нам не суждено. Я для него подруга, может, младшая сестричка, но не больше.

Так и продолжаю стоять на улице, невзирая на колючий ветер, от которого тело покрывается мурашками, и прижимаю книгу к груди. Наконец, мне хватает сил открыть её: засушенный красивый лепесток лежал поверх небольшой пожелтевшей записки, написанной от руки. Было видно, что парень волновался в момент написания, неряшливый почерк выдавал его с головой.

«По крайней мере, на побережье её страхи и горести уносит ветром, запахом и светом»


Непроизвольная улыбка вырывается наружу с тихим смешком и новым потоком слез. Чангюн, сам того не ведая, читает меня, словно я тоже была книгой, полностью открытой для него. Если бы он так же понимал мои чувства, но, наверное, я слишком многого прошу. Мне бы просто дать возможность снова видеть эти глаза и быть рядом, а со своими эмоциями я разберусь.

Мой образ теряется в огнях города, когда, наконец-то, холодает окончательно и больше мерзнуть становится невозможно. Мы ещё встретимся, Им Чангюн. Обязательно…
Отшлёпанный
Дата: Суббота, 06.01.2018, 09:16 | Сообщение #2
Прикольно
VitrumOffline
Завсегдатай
Дата: Суббота, 06.01.2018, 17:58 | Сообщение #3
Глава вторая.

Старший выпускной класс. Все ученики усиленно готовились к экзаменам, оставаясь в школах до позднего вечера. Все разногласия теперь отходили на второй план. Наши характеры и мнения не имели никакой важности до тех пор, пока мы не сдали экзамены. Не имело значение, кто в каком платье придет на выпускной, вдруг кто-то завалит и не сдаст? Первые учебные недели были самые тяжелые, непривычные, одинокие. Больше никто не разделял со мной столик в столовой, не составлял компанию по вечерам в библиотеке, не провожал до дома и не угощал вкусными кисло-сладкими яблоками, к которым я питалась слабость. Оставалось лишь грустно вздыхать на переменах. Хотя учителя напротив были крайне счастливы, что наконец-то избавились от Ли Минхека. Без него в школе стало гораздо спокойнее, и мне иногда даже не хватало его шальных выходок.

Первое время я боролась сама с собой. Каждый вечер, приходя домой, я порывалась набрать номер Чангюна в скайпе, снова увидеть, услышать его.… Рассказать, как мне тут тяжело без его присутствия. Но в тоже время я не хотела снова видеть его лицо, ощущать родной голос и хриплый смех. Не хотела, понимая, что снова расплачусь, покажу свою слабину. Я всё еще не могла его отпустить и выпустить из сердца, осознавая, что нам обоим сейчас не до чувств. Кто знает, может, у него кто-то есть там, в Кванджу? Кто-то, ради кого он приехал назад домой? И, может, мои чувства совсем не нужны ему? Будут ему в тягость? Сердце неприятно защемило от этих мыслей. Чтобы Чангюн и какая-то другая… Хорошо, что мы с ним не виделись: так мне будет легче. Только так не смогу сорваться, признавшись в чувствах, и испортить наши отношения. Я старалась отвлекаться от таких мыслей, уходя в учебу с головой.

Так время переваливалось от осени до зимы, от зимы до начала весны, пока не стали подходить сроки до начала экзаменов. Нервы часто сдавали, и дома я часто срывалась, крича в истерике, что не смогу всё сдать. Многие днями и ночами зубрили задания, но перед смертью не надышишься. В голове постоянно крутился вопрос «А не слишком ли я загнала себе планку? Может, стоит пойти куда-то, куда меня точно возьмут?» Когда я покинула территорию школы после последнего экзамена, то почувствовала, как неожиданно стало легко, будто камень с души упал. Даже на какие-то минуты стало равнодушно к результатам, главное, что этот ад больше не повторится, что всё позади.

С Чангюном я поддерживала нить через социальные сети. Он хотел приехать ко мне на выпускной. Уже взял билеты до Сеула, но в самый последний момент заболел, о чем сильно сожалел. В утешенье я присылала ему много фотографий. Родители после выпускного стали обсуждать, в какой университет я бы хотела поступить, в какие меня могли бы взять на бюджет. Когда я им выказала своё желание, они не особо поддержали мое решение, но идти против не стали. Удача и усердность во время экзаменов одарили меня успехом. И через пару недель на почту пришло уведомление, что я зачислена в государственный университет Кванджу. За этот год разлуки я смогла смириться со своим положением и вновь воспринимала Чангюна как своего хорошего друга. Я хотела вернуть те прекрасные деньки, моменты и воспоминания, пусть уже и в стенах университета. Преисполненная радостью, тут же набрала SMS-ку Чангюну.

«У меня для тебя прекрасная новость! Теперь мы будем учиться вместе снова. Меня приняли в твой университет <3»

Я пританцовывала в комнате, всё ещё не веря до конца этой хорошей новости. Я смогла! То, что я считала недостижимым, стало реальным! На удивление телефон скоро прозвенел в ответном SMS.

«Вау, я так рад этой новости, малышка. Это, правда, очень хорошая новость. Тебе выдали комнату в общежитии?»

«Да, но там говорят такие условия, что я решила снимать квартиру»

Я отложила телефон в сторону после долгого молчания. Чувствовала себя счастливой дурочкой. Я даже не была уверена, что меня примут в этот университет, но уже проискала возможные места жительства. Хах. Зато сейчас не нужно будет с этим париться. И я могу уже в любой день приехать в Кванджу. Надо подумать, какие вещи взять с собой. Уже поздним вечером раздается мелодия мобильника, отрывая меня от мыслей.

— Ещё раз привет, Хонг, — мягко произносят мое имя. Как же я давно не слышала этого! Главное не плакать, Хонг, не плакать.

— Привет, — я улыбалась, начав неосознанно выводить замудрёные узоры на подушке.

— Надеюсь, я тебя не разбудил? Просто хотел предложить.…Вместо того, чтобы снимать квартиру, почему бы тебе не пожить у меня? Как раз на той неделе сосед съехал и одна комната свободна. Что скажешь? Я не настаиваю, ты просто подумай.

Повисла неловкая тишина, и я глубоко задумалась. А хорошая ли это идея? Со стороны финансов, очень даже. Аренда квартиры в Кванджу довольная высокая, и я хотя я нашла неплохой вариант, но всё же эконом пару сотен тысяч вон в месяц — тоже очень даже неплохо. Чангюна я знаю давно, да и моя влюбленность вроде бы как прошла. Я хотела на это надеется. Почему бы хотя бы не попробовать? Ведь ничего не помешает мне в случае чего съехать. Наконец-то я сказала.

— Это очень хорошее предложение, но я откажусь. Хочу вкусить одинокой взрослой жизни, поедая рамены и поглаживая плюшевую кошку, — я снова улыбнулась, слыша на том конце смех, — но ты можешь встретить меня на вокзале и помочь донести багаж, — подумав, энергично добавляю, — Я в ближайшее время возьму билеты и приеду.

— Хорошо, хорошо. В таком случае, напишешь мне время своего прибытия. До завтра, и спокойной ночи, Хонг, — я тепло попрощалась с парнем, понимая, что заснуть получится не скоро. Кхмм, надо бы всё-таки собрать вещи. Сложно поверить, что ещё немного, и я буду в Кванджу, с Чангюном, будучи студенткой. Заснуть вышло лишь под утро.

***

Билеты были благополучно куплены, и, распрощавшись с родителями, я села в поезд. Поезд уносил меня далеко от Сеула, где я оставила своё детство и лучшие воспоминания. Я прошла до своего места, мерно покачиваясь в такт движению поезда. За окном проносились родные виды: высокие многоэтажки города, старые опустевшие гаражи, ближайшие деревни. В такие минуты, когда ты предоставлен сам себе, мысли особенно заполняют твой разум. Глядя на мгновенно сменяющиеся пейзажи за окном хочется верить, что впереди меня ждет интересная и лучшая жизнь. Жизнь, где я смогу быть рядом с Чангюном, держать его крепко за руку и всегда придавать надежды в тяжелые времена. Поезд глухо стучал. Вспомнив о просьбе Чангюна, я проверила сообщения и убедилась, что написала ему время своего прибытия. Ещё немного, и моя жизнь заблещет новыми красками. Я улыбаюсь, беря в руку книгу, оставленную мне Чангюном ровно год назад. Провожу нежно по обложке. Ещё немного.

Он не соврал, и действительно ждал меня возле вокзала, счастливо улыбаясь. Едва не побросав вещи, я кинулась вперед в его объятия, крепко обхватывая руками. Чангюн крепче прижимает меня к себе и утыкается носом в волосы.

— Как же я скучала, Гюн, — только могу прошептать я, чувствуя, как радостные слезы стекают по щекам. Меня бережно гладят по спине.

— Ну, всё, хватит, — спустя время, чуть смеясь, сказал парень. Он вытер мне слезы большими шершавыми пальцами, обхватив лицо ладонями, — Или ты приехала в Кванджу, чтобы затопить его слезами?

Я чуть рассмеялась тогда, шмыгнув носом и пытаясь всё же привести себя в порядок. Но отпустить из объятий смогла не сразу. Я слишком его давно не видела. Слишком скучала.

— Моя квартира находится неподалеку от института, — бормотала я, передавая бОльшую часть своего багажа парню. Вместе мы шли к ближайшей остановке, где как раз подъехал нужный нам автобус.

— Через несколько остановок выходим, нам тут недалеко идти.

Всё время, я старалась искоса смотреть на Чангюна, который придерживал меня, положив руку на плечо, и лишь посмеивался над ситуацией. Со своим ростом я не дотягивала до высоких поручней. Дурак.

Мы вышли из автобуса, и я достала телефон, включив карты и обозначив нужный дом. Вручив карты Чангюна, он повел меня в сторону нужного дома, уже прекрасно выучив все местные окрестности. Всё время, что мы шли, я глядела по сторонам, мысленно сравнивая Кванджу с Сеулом. Сеул по размерам намного больше, но внешне они мало чем различались. Наверное, ещё слишком рано, чтобы сравнивать. Я ещё толком ничего не видела. Чангюн останавился перед домом.

— Нам сюда.

Хозяйка квартиры знала, что я приду. Она оказалась милой женщиной, и коротко обговорив несколько деталей по поводу кварт.платы и работы некоторых приборов, вручила мне ключи. Разбирать вещи было слишком лень. Заняться этим я решила завтра. Мы присели на кухне, и я чувствовала некоторую неловкость, глядя на пустующие полки в шкафчиках и холодильнике.

— Я бы приготовила тебе чай, но могу предложить только воды, — потерла ладонью затылок, наливая немного воды себе, — за продуктами завтра схожу.

Чангюн лишь отмахнулся от моего предложения, и мы продолжили свой разговор на балконе по типу лоджии. К счастью, хозяйка оставила мне угловой пуфик на балконе, на котором можно было расположиться. Чангюн отрыл балконную раму, впуская в лоджию поток прохладного, свежего ветра. Я поежилась, уже привыкнув к теплу. Парень достал сигарету из пачки и прикурил.

— Ты куришь? — удивленно спросила я, чуть морщась от неприятного дыма. Почему я всегда задаю такие странные вопросы?

— Начал недавно. Нервы успокаивает, — он выдохнул после долгой затяжки в открытую раму, повернувшись в мою сторону, — Не волнуйся, я просто балуюсь. В привычку не перерастет.

Он повернулся обратно, снова сделав затяжку. Молча смотрю на его профиль. Задумчивое, смотрящее вдаль лицо. Я часто говорила Чангюну, что у него очень пронзительный взгляд. Так же давно подметила у него привычку чуть хмуриться, когда он о чем-то думает. И вот опять хмурится. Интересно, о чем ты думаешь? Даже волосы он любит держать в «творческом хаосе», считая, что ветер лучший парикмахер. Дурашка. И все же, хоть за год он не мог сильно измениться внешне и оставался таким же, каким был, но в тоже время его черты… Он немного, но возмужал.

Перевела взгляд на пейзаж ночного Кванджу. С высоты седьмого этажа город был почти как на ладони. Хоть уже и давно и стемнело, не было видно, что город утихает. Мигающие вывески магазинов, яркие огни фонарей, подсветка вокруг огромных рекламных баннеров — ночью Кванджу светился почти так же, как и днем. Все эти огни, звуки мелькающих машин и не смолкающие люди — они ничем не отличались от населения Сеула. Там было так же. Хотя, наверное, я видела ещё слишком мало в Кванджу, чтобы уже сравнивать его с Сеулом. Я уже второй раз ловила себя на этой мысли.

— Даже не верится, что я в Кванджу, — протянула задумчиво я, спрятав ладони рук в длинных рукавах кофты. Ночью прохладно. Чангюн медленно докуривал сигарету, изредка поглядывая в мою сторону, — Ещё год назад, да что там, даже пару дней назад я могла лишь мечтать об этом. А теперь я студентка, в Кванджу, где мой лучший друг. Я точно не сплю, Гюн? Это похоже на сказочный сон.

Парень лишь улыбнулся, потушив сигарету и в шутку ущипнув меня. Это действительно не сон. Мы встретились взглядами и долго, внимательно смотрели друг на друга. Мое сердце больше не начинало бешено стучать в грудной клетке, когда он так смотрел. Я чувствовала себя спокойно. Чангюн потрепал меня по волосам, растрепывая прическу. Его вредная привычка. Ведь знал, что я не люблю, когда он так делает. По крайней мере, не любила. А за год разлуки поняла, как же мне этого не хватало. Перед глазами неожиданно всплыл образ книги, и вскочила, прося подождать меня на месте.

— Закрой глаза и не подглядывай, — сказала я, на всякий случай, пряча книгу за спиной. У Чангюна так забавно подрагивают ресницы, когда он пытается незаметно подглядеть. Я вытянула одну его руку и положила поверх книгу. Чангюн открыл глаза, хотя и так догадывался, что это.

— Я сдерживаю свои обещания, — парень лишь смеется и мы ещё около часа обсуждали содержимое книги.

Наши разговоры затянулись до глубокой ночи, пока меня не начало клонить в сон. Да и Чангюну уже пора было ехать домой. От моего приглашения переночевать здесь он отказался, припоминая, что заснуть может только у себя дома. Точно. И как я могла только забыть об этом? Ещё одна его странная привычка. Тепло распрощавшись, я закрыла за Чангюном дверь, и сразу направилась в свою постель. Заснула я быстро. Наконец-то я в Кванджу. Я чувствовала, что это город станет началом новой жизни, и чего-то ещё. Только вот…чего?
Завсегдатай
Дата: Суббота, 06.01.2018, 20:38 | Сообщение #4
Начало довольно интересное, хотя мне придется в дальнейшем каждый раз возвращаться к нему, чтобы вспоминать кто такой Чангюн, ибо для меня запомнить азиатские имена очень сложно х)
Очень понравилось описание библиотеки немного напомнило ролевую. у меня все сводится к ней )0 и ночного города. Перед глазами сразу же встает Кванджу с его разноцветными огнями, настолько прекрасно все здесь описано.
Меня заинтриговало то, что будет дальше происходить между этими двумя героями и к чему то отступление в начале к той болезни с цветочками. Где-то в своей голове я буду шипперить этих двух азиатов <3
Жду выхода новой главы. Автору вдохновения!

Упс, в меня вторглись - ★Čáхàřøķ★ - Суббота, 06.01.2018, 20:38

MareseOffline
Фоторедакторы
Дата: Воскресенье, 07.01.2018, 01:52 | Сообщение #5
Мне очень понравилось *^* Я ведь говорила, что у тебя талант к написанию чего бы то ни было с:
Я прониклась состоянием героини. Будто она - это я. Было интересно наблюдать за тем, как разворачиваются события. Любопытно узнать, как ты раскроешь главного героя) И как вообще буду развиваться их отношения и чем это все закончится)
P.S. Хотелось бы побольше описания окружения (природы, погоды и всему подобном). Все-таки это ты тоже пишешь очень красиво)
Буду ждать следующие главы *^*
talkerOffline
Завсегдатай
Дата: Воскресенье, 07.01.2018, 02:06 | Сообщение #6
Хороший слог, мне понравилось.)
VitrumOffline
Завсегдатай
Дата: Воскресенье, 07.01.2018, 13:00 | Сообщение #7
★Čáхàřøķ★, Первое время  мне тоже было тяжело, все эти имена замудренные. Хотя я однажды читала китайскую новелу, там такие имена были, что эти мне теперь совсем легкими кажутся х)

talker, Большое спасибо~

Marese, На самом деле, я хотела делать больше уклона на описание природы, местности, но в этой работе я больше сделала деталей на описание чувств  героев. Описания, будут, конечно, но их не так много, как мне самой бы этого хотелось х)

Глава третья.

Чангюн несколько дней меня не беспокоил. По моей собственной же просьбе. Первые два дня ушли только на то, чтобы распаковать все новые вещи, расставить и передвинуть, как это нужно мне и снабдить холодильник едой на первое время. Благо, магазинчик был неподалеку и я не потерялась. Иначе бы пришлось обращаться за помощью к Чангюну. А этого я старалась избегать. Всё же я уже взрослая, самостоятельная девушка и не хотела каждый раз обращаться за чужой помощью. На третий день я решила погулять и изучить окрестности. Поначалу всё было хорошо: я радостно гуляла по улицам, делала фотографии, купила вприкуску вкусное пирожное. Больше всего на меня произвела впечатление улица искусства. Пускай она и не была длинной, но всё же была очень красивой. Говорят, особенно это место преображалось ночью, когда загорались огни.

Когда солнце уже садилось, и надо было возвращаться назад домой, я внезапно поняла, что не помнила, откуда пришла, и куда идти теперь. Иными словами: я потерялась. Волнение медленно охватывало, но я не позволяла себе нервничать и паниковать. Спокойно, Хонг. Надо всего лишь подойти и спросить у прохожих, куда надо идти. Краем глаза я заметила молодую пару, сразу подойдя к ним и спросив, как дойти до моего института. Оттуда я дорогу до дома уже успела выучить. Немного подумав, парень с девушкой указали рукой дорогу.… В разные стороны. Кхмм, ладно. Попытка была провальной. Тяжело вздохнув, продолжила пытаться самостоятельно найти дорогу. Но чем дальше я шла, тем больше мне казалось, что я иду не в ту сторону. Места были незнакомые и не совпадали с моими фотографиями. Каким-то удивительным образом я сошла с главной дороги на переулки и многочисленные дворы. Волнение охватывало меня сильнее. Что же мне делать? Куда идти? Смогу ли я найти нужную дорогу? А если на меня кто-то нападет? Я не смогу отбиться, мне ни сил, ни храбрости не хватит. Как же страшно то. Поднялся ветер и неподалеку что-то с грохотом упало. Я тут же вскрикнула, оборачиваясь на шум, но это была лишь сухая ветка, которую ветром снесло. Мои нервы начинали сдавать. В голов сразу всплыла история, когда бывшая одноклассница возвращалась домой после репетитора. Уже было поздно. Она стала жертвой маньяка. К счастью, всё обошлось без каких-либо тяжелых последствий, но она, не выдержав морального стресса, покончила с собой. Страх того, что я могу попасть в её шкуру, пробирался холодным потом.

Дрожащими руками, я доставала телефон и набирала номер Чангюна. Короткие гудки эхом раздавались в голове. Он не отвечал. Я набрала ещё раз, боязливо оглядываясь по сторонам и бесцельно блуждая по дороге. Гудки прекратились.

— Привет, Хонг. Как обустр… — спрашивал бодро Чангюн, когда услышал мои рваные вздохи, — Хонг?

— Гюн, я… я не знаю, где я. Каж-ж-жет… я потерялась. Не понимаю, как так вышло: я гуляла по главной улице, но потом куда-то свернула. Боже, Чангюн, мне страшно, — мой голос немного дрожал от волнения, — Пожалуйста, забери меня.

Я слышала, как на том конце звякнул замок сперва куртки, потом двери.

— Скажи, где ты сейчас находишься? Не волнуйся, я сейчас приеду. Так, сказал же, не распускай нюни, я скоро буду. Где ты?

Я пригляделась к табличке на углу дома и назвала улицу вместе с домом. Звонок был сброшен. Уже почти стемнело. Присела на скамью возле подъезда и подтянула колени к груди. Б-р-р, холодно. Где-то послышался смех мужской компании. Оох, только этого ещё не хватало. Хоть бы они прошли мимо!

Мне кажется, проходит целая вечность, когда мимо проезжает мотоцикл и откатывается назад, останавливаясь возле меня. Я отползаю по скамейке к самому краю. Мотоциклист стремительно и уверенно шел в мою сторону. Что же делать? Что делать, Хонг?! Не успела и закричать, когда человек стал снимать с головы шлем, и я узнала лицо Чангюна. Тут же бросилась ему на шею, дрожа от страха и ощутимого холода, едва не плача. Меня крепко прижали к себе, успокаивающе поглаживая по спине.

— Хонг, малышка, всё хорошо. Я тут, — он коснулся губами моего виска и отстранил от себя, чтобы снять свою куртку и накинуть мне её на плечи, — Почему ты не позвонила мне сразу, как только поняла, что потерялась? Хонг… Я так распереживался, когда услышал твой испуганный голос. Не делай так больше, не пугай меня.

Он снова крепко обнял меня. Я чувствовала, как сильно билось его сердце от волнения за меня. Сейчас мы оба пытались немного прийти в себя. Я шмыгнула носом, несколько удивленно посмотрев на парня, а потом на транспорт, на котором он приехал.

— Чангюн, с каких пор ты стал кататься на мотоциклах? Ты же их никогда не любил, — я снова отстранилась, втянув руки в рукава куртки и застегнув замок. В нос ударил крепкий мужской парфюм. Это его любимый. Всегда узнаю этот запах.

— И до сих пор не люблю. Я был у друга, когда ты позвонила. Взял у него, чтобы быстрее доехать. И, Хонг, если я не люблю мотоциклы, это не значит, я не умею на них ездить. Давай, полезай, пока совсем не замерзла.

Чангюн усадил меня на мотоцикл, помогая надеть шлем и садясь впереди. Ух, как же волнительно. Впервые я поеду на чем-то, кроме автобуса и поезда. Обычное, катание на мотоцикле я видела только в фильмах, и выглядело это крайне опасно.

— Так, обхвати меня руками и держись крепче. Повезло тебе, что далеко не ушла, — он завел мотоцикл, и мы резко сдвинулись с места. Я взвизгнула и плотнее прижалась к Чангюну, хотя тот и не ехал слишком быстро. Закрыв глаза, только слышал, как ветер свистел по сторонам. В какой-то момент я услышала оклик Чангюна, который велел мне открыть глаза и «Посмотреть, как красив ночной Кванджу». С огромным усилием я открыла глаза, преодолевая свой страх. Мы проносились по главной огромной дороге; повсюду горели фонари и другие неоновые вывески магазинов, клубов, отелей. И совсем одно наблюдать за этим из окна твоей квартире в многоэтажке, и совсем другое находится в эпицентре этих всех огней. Я завороженно смотрела по сторонам, благодаря Чангюна за всё это представление в мыслях. Вскоре мы завернули в уже знакомые дворы и приехали к моему дому. Чангюн снял шлем, откашлившись в стороне, и, вроде как, доставая сигарету. Я долго возилась со своим шлемом, попытавшись снять его самостоятельно. Кое-как, но это вышло. Чангюн потушил недокуренную сигарету, подойдя ко мне.

— Спасибо, что спас меня и.… Извини, что я тебя сорвала в такое позднее время, — я не успела договорить и отдать чужую куртку, когда меня снова крепко притянули к себе.

— Не говори глупостей, Хонг. Я лишь прошу тебя, не бойся обращаться ко мне, — я согласно кивнула и выбралась из объятий, открыв дверь подъезда и попрощавшись с парнем.

Когда мотоцикл скрылся во дворах, возле подъезда на земле остались несколько лепестков. Нежно голубых, прямо как в книге.

***

Следующим днем, пока я думала, чем бы занять себя в последние выходные, мне позвонил Чангюн.

— У тебя есть полчаса, чтобы собраться и спуститься вниз. И не надевай каблуки, — его голос звучал очень бодро и судя по посторонним звукам повсюду он уже едет за мной.

— У меня их никогда не было, дурашка. Что ты задумал? — спросила я, открыв платяной шкаф и достав любимые джинсы и первой попавшей в руки блузой. Но тот лишь сказал «Увидишь» и сбросил вызов. Засранец. Вот за что он мне такой вредный достался? Быстро одевшись и проверив, закрыта ли до конца дверь, спустилась вниз. Чангюн уже ждал меня, пребывая в хорошем настроении. Да когда он только успел доехать? Вот же шустрый.

— Так куда мы собрались? — спросила я, приветливо помахав рукой и следуя к остановке. Мне лишь загадочно улыбнулись, буквально заталкивая в автобус. Даже не успела его номер прочесть. Говорить упорно не хотели, пока мы не приедем, но когда мы стали к парку аттракционов, всё стало слишком очевидно. Выбирать аттракционы решили на «камень-ножницы-бумага», кто победил — тот и выбирает. Но так было не слишком-то честно, поэтому выбирали по очереди. Здесь наши с ним предпочтения совершенно разошлись. Если я предпочитала карусели, относительно не страшное и более-менее спокойное, вроде «Вихря», то Чангюн выбирал самые безрассудные, начиная от «Дома страха» заканчивая «Американскими горками». Как бы я не отпиралась от подобных аттракционов, меня настойчиво усаживали на сидение, считая трусишкой. На американских горках, где была так называемая «мертвая петля», была установлена камера. И после того, как мы прокатились, на небольшом экране высветилось изображение моим перекошенным от испуга, и его довольным лицами. Чангюн смеясь с моего лица, на память сфотографировал это. Мы перекусили в небольшом кафе, которое было расположено на территории парка.

— Хонг, смотри, — Чангюн показал мне экран своего телефона, где на обоях стояла та самая недавно сделанная фотография. Я лишь фыркнула, не считая это чем-то смешным. Парень выхватил у мой телефон, пока я отвлеклась на подошедшую к нам официантку с заказом.

— Эй, Чангюн, что ты делаешь, прекрати, — я попыталась отнять у него телефон, чего у меня не вышло. Тот кривился на камеру и сделал не меньше десяти смазанных фото из-за того, что пытался отцепить меня. Вскоре он передал телефон, где на обоях стояла фотография со смешным лицом.

— Дурачок, — я попыталась скрыть свою улыбку за едой, но тот всё равно заметил.

Чангюн решает посетить последний аттракцион, обещая, что он не будет страшным. Он закрывает мне глаза ладонями и не отпускает их до тех пор, пока мы не оказываемся в кабинке. Колеса обозрения. Тогда я поняла, что верить парню попросту нельзя больше. Почему именно его, Чангюн, почему? Почему не какой-нибудь автодром, где можно спокойно покататься на машинках? Чангюн, неужели ты забыл про мой панический страх высоты? Уверена, только из-за американских горок завтра проснусь с седыми волосами, а теперь и это? Хотелось закричать во все горло, чтобы всё это остановили и выпустили обратно на землю. Кабинки были частично открытыми, и я вся вжалась к парню, намертво вцепившись в его руку и едва ли не плача, закрыв глаза.

— Малышка, прости, прости, совсем забыл об этом, — извинялся шепотом Чангюн, обняв одной рукой и притянув к себе, — Не злись, пожалуйста, я правда не специально.

Он кашлял в сторону, но быстро улыбнулся на мой взгляд, когда я всё же решаю открыть глаза. Смотри только в глаза. Даже не думай оглядываться по сторонам. Вы на земле. Это иллюзия. Вроде 5D или 7D аттракциона. Но когда это Гюн успел сорвать голос, или простудить его? Переел мороженого? Следует больше заботиться о своем здоровье. Всю дорогу назад передо мной извинялись за этот просчет и в качестве извинений угостили сладким запеченным картофелем. Перед домом парень поинтересовался, смогу ли я дойти до университета без приключений.

— Может мне утром зайти за тобой?

Отрицательный кивок головой.

— Не переживай, всё будет хорошо. До университета я дорогу точно запомнила. Добрых снов, Гюн. Завтра увидимся!

— Доброй ночи, Хонг.

Я закрыла дверь подъезда, но чуть подумав, открыла снова. Он ещё не успел уйти далеко.

— Чангюн, спасибо за сегодняшний день!

Прекрасно зная, что мои слова будут услышаны, я вернулась домой. Перед сном долго представляла студенческую жизнь. Интересно, какими из себя будут преподаватели? Надо было пораспрашивать хотя бы про некоторых у Чангюна… Чангюн. Знал бы ты, как тяжело было сохранить эту дистанцию между нами. Признаться честно, иногда мне хотелось помечтать, как бы обернулась наша жизнь, ответь ты взаимностью на мои чувства. Иногда хотелось помечтать, как бы смущенно переплетали пальцы и неловко улыбались, глядя друг на друга. Хотелось помечтать, как ты поцеловал бы под осенним дождем. Но я не могла себе этого позволить подобной роскоши. Не могла пробудить снова какие-то чувства к тебе. Не могла…

***

Университет поражал своими огромными размерами, корпусами, длинными и запутанными коридорами и множеством аудиторий. Я жалела, что во время выходных не изучила хотя бы примерно строение здания и нахождение нужных мне аудиторий. Едва не потерялась, но посчастливилось наткнуться на опаздывающего препода, у которого у меня и была первая пара. Правда, когда мы одновременно зашли, это выглядело, будто… Я пришла вместе с ним. Будто мы знакомы. Ух, надеюсь, никто на самом деле не подумал. Это просто совпадение. Села возле одного парня за первое свободное место, которое было в поле зрения. Я думала, в моей группе будет больше людей, но, кажется, мой факультет далеко не самый популярный, как я изначально полагала. Хотя по слухам, нас просто поделили на небольшие бригады. Было жутко непривычно, что теперь пары вместо уроков, что теперь по времени сидеть не сорок пять минут придется, а вдвое больше.

Первый день казался слишком быстрым, занятия проходили незаметно. Возможно, время занятий было сокращенное в честь первого учебного дня. На большой перемене в нашей столовой попыталась получше узнать своих одногруппников, но знакомство вышло крайне неловкое. Я не смогла поддержать темы разговора, которые обсуждались. Судя по всему, те люди, к которым я подсела, уже были знакомы между собой и раньше. Пришлось сесть возле того парня, с кем я сидела на первых парах, но вся перемена прошла в полной тишине. Неловко. Снова.

Когда мои пары закончились, Чангюн ждал меня у входа в университет, приветливо встречая.

— Ну что, как тебе первый день? Как одногруппники, преподаватели? Профессор Ким только поначалу таким милым кажется, лучше не пропускай его пары. Непривычно, наверное, понимаю, но со временем освоишься, — он мягко треплет меня по голове, замечая грустный взгляд.

— С одногруппниками пока не заладилось, но думаю, всё в порядке, пока ты со мной, — улыбнулась, замечая его рассеянную улыбку. Он знал, что я всё равно немного огорчена, — В конце концов, в школе было так же. Что-то просто не меняется.

Чангюн всё же убеждал, что ему самому тоже поначалу было нелегко, но со временем всё образовалось. С первых дней никто не поладит. С первых дней не привыкнешь. С первого раза ничего не получается. Всё будет хорошо. Я хотела ему верить. Мне нет нужды сомневаться в его словах. И я верила.
MareseOffline
Фоторедакторы
Дата: Воскресенье, 07.01.2018, 13:37 | Сообщение #8
Ох, начались уже действия *^* И кажется, я кое о чем уже догадываюсь)
P.S. Я уже успела влюбиться в ГГ ^///^
Выкладывай скорее продолжение :з
VitrumOffline
Завсегдатай
Дата: Воскресенье, 07.01.2018, 13:42 | Сообщение #9
Marese, О чем догадываешься?)
И какого из ГГ, которая Хонг, или который Чангюн?:D
MareseOffline
Фоторедакторы
Дата: Воскресенье, 07.01.2018, 14:16 | Сообщение #10
Vitrum, У кого болезнь :з
В Гюна, конечно же :D Хочу его себе забрать :з
VitrumOffline
Завсегдатай
Дата: Воскресенье, 07.01.2018, 14:21 | Сообщение #11
Marese, Это очевидно ещё с момента дарения книги х)
Ой, не говори, он такой пупсичек :з


Глава четвертая.

Так прошло ещё около двух месяцев. Я более или менее начала привыкать к студенческой жизни, хотя иногда меня посещали мысли о том, что в школе было лучше. Привычнее. Уроков хотя бы на дом задавали меньше, гораздо меньше. Шутки про то, что студенты не знают, что такое сон больше не были такими смешными. А ведь это только первый курс.

Полнейшим шоком стало то, что среди одногруппников Чангюна затесался Ли Минхек. Тот самый, что доводил всех учителей в школе до белого каления. Хотя, не только учителей. От его шалостей страдали все. Неужели год назад я сглазила, когда сказала, что скучаю по его выходкам? Теперь мне его ещё года четыре терпеть и видеть придется. Есть ли надежда, что в силу возраста Минхек перестанет быть таким ребенком? Я представила в голове серьёзного, взрослого и спокойного Минхека, но видении вышло мутным. Я не верила, что такой Ли может быть. Парень был очень рад узнать, что мы снова учимся вместе и всячески вмешивался в нашу с Чангюном компанию. 

В то же время я смогла наладить контакт с одногруппниками, уже имея несколько человек, с кем я смогу обсудить задания и некоторые общие интересы. Больше всего у меня наладился контакт с парнем, с которым я сидела в первый учебный день. Несколько раз совпадало, когда мы опаздывали, что садились вместе, а потом это переросло в обоюдную привычку, немного познакомившись. Ли Чжухон. Он был всего немногим меня старше. Всё, что я знала о нем, так это то, что это его третья попытка найти себя жизни. Первый выбор института пришелся не по душе, из второго его выгнали за прогулы, когда он проводил целые дни и ночи на работе, пытаясь наскрести денег на обучение в следующем семестре. И вот он в институте третий раз. И снова первокурсник. Чжухон с легкостью проходил материал первого курса и с радостью помогал мне, когда я что-то не понимала.

Так у нас сформировалась своя четверка: я, Чангюн, Чжухон и Минхек. Последние двое к моему удивлению тоже очень быстро нашли общий язык, и я удивлялась «Они точно не были знакомы? Будто всю жизнь друг друга знали». Часто я видела, как они вместе слушали музыку, используя одни наушники, как отдыхали вместе. Впрочем, Минхек такой общительный, что к каждому найдет свой подход. Частенько мы даже обедали вместе, занимая один и тот же столик. Иногда с нами подсаживался один парень, которого приглашал Минхек, но тот постоянно молчал и не особо прижился к нам. Кажется, Минхек звал его Хенвоном. Последний раз, когда я его видела, был конец прошлого месяца. Он выглядел весьма скверно. Огромные мешки под глазами, бледный, почти зеленый цвет кожи и крайне замученный вид. Минхек пытался шутить, что все старшекурсники так выглядят.

— Эй, Хонг. Кихен попал в больницу с каким-то отравлением, поэтому вся работа над проектом ложится на наши плечи. Придешь сегодня в библиотеку? — спрашивал меня Чжухон, пока я согласно кивала головой. Минхек что-то бормотал про грядущую сессию, а Чангюн сдавленно кашлял в платок, старательно отводя от меня взгляд.

— Твой кашель так и не прошел? — спросила парня, но тот лишь коротко мотнул головой, — Знаешь, я, конечно, не врач, но раз он не проходит так долго, то имеет смысл сходить к врачу?

Минхек перевел на меня взгляд, затем на Чангюна, но его внимание с головой ушло в обсуждение с Чжухоном новой главы комикса. Чангюн упорно игнорировал меня, глядя на заблокированный экран телефона. Дальнейшая перемена прошла в нашей с ним тишине.

***

— Итак, я уже подготовила список книг, в которых есть нужная нам информация. Осталось только найти их в этой груде книг и стеллажей, — я ошалело осмотрела размеры огромной библиотеки. С нашей школьной она не шла ни в какие сравнения.

— Молодец, Хонг, так мы быстро справимся, — Чжухон ходил между стеллажей, то и дело, поглядывая в мою сторону.

Я старалась улыбаться на его взгляды. Хоть с виду он казался каким-то огромным, грубым, даже несколько опасным из-за прищуренного взгляда, на деле его характер гораздо мягче. По-крайней мере, он умел таковым быть. Видимо, только в определенном кругу лиц. Однажды я стала случайным свидетелем, когда он выяснял отношения с каким-то парнем из другого факультета. Чжухон тогда казался очень опасным, и я боялась, что всё обернется дракой. Правда, Ли тогда краем глаза заметил меня и видимо, поэтому всё закончилось мирно. Неужели не хотел драться при мне? Это, пожалуй, хорошо. Не уверена, как бы я отреагировала тогда. Тогда же я радовалась, что у нас с Чжухоном дружественные отношения.

— Хонг, не летай в облаках, — перед моим носом щелкнули пальцами, — сперва проект.

Я лишь кивнула, разложив по всему столу книги, свои тетради с конспектами и доклад с найденной дополнительной информацией. Чжухон расположился рядом, забрав волосы в короткий хвостик на затылке и начав штудировать первую книгу. В какой-то момент телефон завибрировал от пришедшей SMS-ки.

«Привет, ты, так полагаю, будешь снова сидеть допоздна. Мне проводить тебя?»

Я с улыбкой набрала ответ, что не против, не заметив внимательного взгляда Чжухона в этот момент в мою сторону. Чангюн, видимо, уже очень хорошо меня знал, оказавшись прав: работу мы закончили уже вечером, когда все ушли, и библиотека была вынуждена закрыться.

— Отличная работа. Если так пойдет дело, то мы за три дня управимся, — Чжухон ответил кивком, рассказав, как неловко Кихену от того, что он скинул свои обязанности на нас.

— Ну, он же не виноват, что попал в больницу, — телефон опять завибрировал от сообщения, — Ладно, я побежала. До завтра!

— До завтра!

Когда я вышла на улицу, Чангюн снова курил. Я поморщилась от дыма, когда подошла ближе к парню. Тот поинтересовался, как проходила наша работа.

— Нас изначально в группе троих поставили, но один загремел в больницу. Поэтому работая вдвоем, времени уходит больше. Но всё получается, не зря же я столько литературы прочитала.

Парень лишь посмеялся, положив руку мне на плечо. Часть дороги мы шли в обоюдной тишине. Погода менялась. Становилось всё холоднее. Наверное, ещё несколько недель и придется переходить на более теплые вещи. Я любила больше прохладную погоду, потому что в такие дни я могла немного наглеть и быть к Чангюну ближе, используя отмазку «мне холодно». Когда мы подошли к дому, я не сдержала своих эмоций и неожиданно обняла Чангюна, прижавшись щекой к его груди.

— Всё же, спасибо тебе за то, что ты делаешь для меня. Я ценю это, — меня ласково потрепали по голове, сказав, что невозможно не помогать такой милашке.

Дурак.

***

Стоит только закрыть закрыть дверь, как Чангюн прикрыл ладонью рот в припадке кашля. Легкие как будто заполняет и сжимает. Он выплёвывал лепестки и едва не давился ими. Дыхание не сразу пришло в норму, если это вообще уместно сказать при такой болезни. Ему мерзко на душе, мерзко от себя; от этой болезни, от того, что всё так иронично в этой жизни.

Хонг. Ещё одна ирония. Почему именно Хонг, почему именно это имя? Оно означает в переводе «роза» и в груди у Чангюна тоже розы. Голубые, нежные, «как её душа». Лепестки заполняли всё изнутри, стебли оплетали легкие, как змея окольцовывала свою жертву. Только сожми — и всё. Шипы у розы как многочисленные змеиные укусы, которые ранят смертельным ядом. Для Чангюна ядом была сама Хонг. Было бы смешнее, попадись ему не роза, а какой-нибудь ядовитый аконит. Но иронии в его судьбе и так переполненная чаша, куда уж больше? Чангюн долго размышлял всё о том, как он должен действовать дальше. Сохранить дружбу, или всё-таки попытаться завоевать? Парень тянет до последнего, снова так сделав. Но в этот раз всё уже серьёзно. Здесь глупыми, незначительными последствиями не обойдешься. Чангюн приглядывался к своему поведению, и считал, что всё же оставляет намеки на свои чувства, и если они взаимны, то их заметят.

Он плелся домой неспешно, дыша свежим, прохладным воздухом, наивно считая, что он отрезвит его мысли. Только вот самовнушение не помогает. Он достал и снова прикурил сигарету, но бросил её, не докурив и половины. В его легких уже нет места для дыма. Уже нет. Его время наверняка уже на исходе. Сколько он уже несет на себе эту ношу. С каждым днем всё труднее, всё больнее. Уже дома Чангюн снова открыл «Весь невидимый нам свет» и взахлеб перечитывал, представляя уже себя и Хонг на месте главных героев. Потому что именно так всё и есть. Слепая девочка, что не видит чужих чувств, и робкий мальчик, который не может о них сказать. Какой конец у этой истории?
MareseOffline
Фоторедакторы
Дата: Воскресенье, 07.01.2018, 14:55 | Сообщение #12
Vitrum, Нуу, тогда я несильно обратила на это внимание, но потом :з

Требую продолжения!
VitrumOffline
Завсегдатай
Дата: Воскресенье, 07.01.2018, 23:53 | Сообщение #13
Глава пятая.

— Хонг, иди сюда, — Чжухон позвал к себе, где сидел, на удивление, молчаливый Минхек, — попытайся растормошить своего друга. Я ему принёс онигири*, которые сам слепил, а он и пробовать их даже не хочет.

Я перевела взгляд на контейнер и чуть заметно прыснула в кулак. Да уж, назвать эти рассыпчатые, деформированные и явно не треугольной формы шарики — онигири было сложно. Чжухон в готовке явно был не очень силен, но тот факт, что он сам их лепил для Минхека, приятно грел душу. Почему же Минхек такой как в воду опущенный тогда? Последний раз, кажется, я его таким видела перед экзаменами, хотя и тогда он был не настолько поникший. У него что-то случилось в жизни? Может, девушка отвергла? Хотя когда он учился в школе, я у него заинтересованности в отношениях не замечала. В любом случае в душу лезть не хотелось. Минхек незаметно для Ли поднял голову, посмотрев мне в глаза и лишь незаметно кивнув в его сторону головой и переводя взгляд на дверь. Намек был понят без слов. Вот только что мне такого придумать? Боже, Минхек, чего только не сделаешь ради тебя. Я закусила губу, думая, как же выманить его из аудитории, где уже скоро должна была начаться пара.

— Чжухон-а, мне нужно заскочить в библиотеку, сходишь со мной? Боюсь, без тебя потеряюсь там где-нибудь среди стеллажей.

— Прямо сейчас? Тогда ты попробуешь мои замечательные онигири, — на меня искоса посмотрели, и я согласно кивнула, уводя парня из аудитории и чувствуя благодарный в спину взгляд.

Мы шли по коридору, соблюдая полную тишину. Я рассматривала картину за окном, а Чжухон посматривал то и дело на меня, так же молча. Создавалось ощущение, что он хотел мне что-то сказать, но почему тогда он молчал? Ещё один что-то темнил. Наверное, будь бы я каплю понаглее, остановила бы парня и спросила бы его напрямую. Но я так не могу. Если человек захочет — он скажет, сделает.

— Ну, что ты хотела найти здесь? — Чжухон сложил руки на груди, не отрывая с меня взгляда. Я задумчиво прикусила губу. Вновь. Я ведь ничего не хотела брать. Как же отмазаться сейчас? Боже, я ведь никогда раньше не врала и не обманывала. Чангюн мне даже говорил из-за этого, что в «Хэллоуин» мне стоит косплеить Пиноккио. Неужели я становлюсь как все взрослые? Дети чистые, им нет нужды во лжи. Врут только взрослые. Вот уж действительно взрослый мир полон грязи…

— На самом деле, я… — глубоко задумалась и потупила взгляд в пол, будто там нацарапаны ответы, — давно хотела что-нибудь почитать, и…ну это… Мог бы что-нибудь посоветовать?

Я, наверное, в этот момент косплеила больше гранат, которому было стыдно за свою ложь, чем Пиноккио. Всё же, врать я не умела от слова совсем. У меня на лице это сейчас было прекрасно видно. Не отрывая взгляда от пола, нервно сминала в кулачках край своего свитера.

— Ну, Хонг, ты чего так покраснела, — его рука легла мне на голову, растрепав волосы, — Нужно ли было так смущаться, чтобы попросить об этом? Я, правда, читать не сильно люблю, но пара любимых книг имеется.

Чжухон повел мимо весомых, огромных стеллажей, заурядно рассказывая какую-то школьную историю, связанную с книгами. Я пожалела, что слушала её в пол уха, когда погруженная в мысли, до меня дошли такие обрывки как «предупреждение» и «разбил нос». Хотя я не сомневалась, что разбивал нос именно Чжухон. Всё же, меня радовало, что, судя по рассказам, сейчас он лучше справляется со своим вспыльчивым темпераментом. 

Мне было неловко от того, что мой стыд приняли за смущение. Неужели он на самом деле поверил в мою маленькую ложь? Или он всё прогадал и просто решил подыграть? Даже не знаю, радоваться мне или нет. Скорее бы забыть этот случай из головы. Хотелось бы мне пообещать себе больше никогда не врать, но это обещание — само по себе — ложь. Люди не могут не врать. Из-за многих, совершенно разных чувств, и не важно, из хороших, или плохих помыслов — все лгут.

К тому времени, пока я пришла к своему короткому умозаключению, Чжухон остановился у одного стеллажа, разглядывая полки и доставая мне книжку.
— Ооу, не думала, что ты такое читаешь, — я смотрела в обложку Шерлока Холмса, глупо улыбаясь на чужую усмешку, — Кажется, как раз таки этой части ещё не читала.

— Она моя любимая.

Чжухон кивнул мне, считая, что мне понравится эта книга, как и другие сборники по Шерлоку. Я поспешила записать книгу у библиотекарши и убрать её в сумку, спеша на пару, которая с минуты на минуту должна была начаться. Минхека я в тот день больше не видела, а Чангюн лишь пожимал плечами. Даже его такой хороший друг, как Чангюн, ни о чем не знал и не догадывался? Такое поведение Ли продолжалось несколько дней, и я не знала, что такое могло случиться, что Минхек был такой подавленный.

***

— Вы слышали про четверокурсника Че Хенвона с факультета иностранных языков? Он ещё сидел с нами пару раз — Чжухон присаживается за столик и окидывает всех взглядом. Минхек понуро опускает взгляд в тарелку, пока Чангюн отрицательно мотает головой.

— Он умер.

Коротко отвечает Минхек, не поднимая головы. Им удивленно переводит взгляд с Чжухона, интересуясь, что с такое случилось.

— Говорят, задохнулся. Думали, подавился чем-нибудь, или аллергическая реакция так повлияла, — Минхек поднимает тяжелый взгляд, — Я любил заходить к нему в гости, но тогда опоздал. Но у него внутри… я могу поклясться, что не вру, у него в легких нашли цветы. Как сорняк, стебли оплели органы и не позволяли дышать. Так было написано в заключение патологоанатом. А в его квартире повсюду были лепестки. На кухне, в ванной, в мусорном пакете, весь балкон был ими усыпан.

Чжухон лишь усмехнулся, говоря, что такого не может быть и наверняка кто-то пустил ложный слух Минхеку. Каким образом цветы могут оказаться у человека в легких? А лепестки… у каждого свои странности и слабости. Ханахаки не более чем глупый миф для особо романтичных девушек.

-…Так ведь, Чангюн? — Чжухон переводит взгляд на побледневшего вдруг парня, который лишь едва заметно кивнул, желая побыстрее уйти. Эта новость как будто сдавила его собственные легкие. Вот почему последний раз, когда он видел Хенвона, тот выглядел так паршиво. Он уже тогда умирал. Умирал так же, как умирает сейчас Чангюн. Он знал, догадывался. Его ждет то же самое. Захотелось на свежий воздух. Чангюн отставляет поднос с едой в сторону, хватая свою сумку.

— Весь аппетит испортили. Ешьте без меня.

Минхек смотрит в спину Чангюну, пока тот не скрывается из столовой.

— Вот ведь неженка. Аппетит ему испортили, — Чжухон пытается пошутить, но замолкает под взглядом Мина.

Он тяжело вздыхает.

— Мой отец работает патологоанатомом, именно он вскрывал Хенвона. Думаешь, стал ли бы мой отец распускать такие ложные слухи? — Чжухон ничего не говорит.

Минхек давно подозревал, что с его другом что-то не так. Сначала он перестал блистать вниманием на парах и опаздывать, потом становился более молчаливым и вскоре забывал, что такое «улыбаться». Минхеку не нравился его внешний вид: темные круги под глазами, выцветшие светлые волосы, худое, слишком худое тело и постоянный сырой кашель. Хенвон говорил, что всё нормально, и он просто немного приболел, а Минхек охотно верил. И зря. Немного приболел до смерти.

— Кстати, где Хонг? — Чжухон попытался перевести тему и вывел из мрачных мыслей Минхека.

— Уехала на пару дней к родителям в Сеул. Я удивлен, как она раньше домой не сорвалась. В любом случае, скоро вернется. Мы запланировали с ней встречу в одной кафешке, как раз, когда она вернется, — Чжухон метнул взгляд в сторону Минхека, — Ты не знал, что Хонг хорошо рисует? Хотя она не принимает заказов, но пообещала нарисовать меня в качестве подарка на день рождение. А что, уже соскучился по ней?

Чжухон усмехнулся и в шутку закатил небольшую драму на тему того, что ему никто конспекты списывать не дает. А Хонг, единственная, кто их одалживает — в отъезде.

***

Чангюн выбегал на улицу, никого не замечая перед собой. Ему становилось совершенно ровно на то, что скоро будет пара. Он упрямо бежал за угол университета, как старшеклассник, вытаскивая на ходу из сумки пачку с сигаретами. А ведь обещал бросить.

Чангюн хочет выкурить все чувства, которые въелись уже слишком глубоко. Хочет превратить лепестки в пепел, задохнуться, потому что так не бывает. Не бывает таких совпадений, и небеса точно сговорились так, чтобы Чангюн умер от дурацкой невзаимной любви.

В этот момент страх почему-то сменился гневом. Чангюн злился на самого себя, потому что не в силах совладать со своими чувствами. Где-то в сердце росток уже проклюнулся, зацвел, а у него так и не появилось желание вырвать этот росток с корнем. Хонг слишком близко и слишком далеко одновременно для него. Цель почти внеземная и вряд ли Чангюну хоть немного хватит смелости всё исправить. Хонг ведь не виновата? Не виновата. Нет. Это Чангюн дурак, что влюбился, а теперь вынужден отводить взгляды в сторону, сдерживать порывы кашля, чтобы не заплевать лепестками всё вокруг. 

Ему хочется снова сбежать, снова куда-нибудь уехать. Остаться другом по переписке, не утруждая никого страданиями.

Чангюн только не уверен, сможет ли его болезнь снова отступить, когда уже так въелась в его организм. Уехать он всё-таки не сможет, несмотря на всё своё желание. Парень силился через себя и пошел на последнюю пару, осознавая, что он не знает, как ему поступить.

Примечание: 
*Онигири - блюдо японской кухни из пресного риса, слепленного в виде треугольника или шара. Обычно в онигири кладут начинку и заворачивают в лист сушёных водорослей нори.
MareseOffline
Фоторедакторы
Дата: Понедельник, 08.01.2018, 00:23 | Сообщение #14
Продолжение!
VitrumOffline
Завсегдатай
Дата: Понедельник, 08.01.2018, 18:22 | Сообщение #15
Глава шестая.

На следующий день Чангюн решил сидеть дома. Он долго не брал трубку, пил горячий чай с сахаром, но тот не помогал уже совсем. Жгучесть от лепестков роз на языке не исчезала и мучала целый день. Чангюн всё ещё надеялся, что «пройдет само».

— Главное не встречаться с Хонг, а там может и правда забудется, отступит, — говорил он сам себе как мантру.

Но будучи вечером в ванной, Чангюн заметил на груди выступающие темные вены, исходящие от легких и расходящие по всей груди, причем такие неприятные на вид, что Им даже жмурился от этого. Неприятно, словно что-то живое находилось в нем, росло, развивалось, захватывало тело, а он беспомощен, ничего не мог с этим поделать.

Чангюн обещал себе не выходить из дома неделю, что делал успешно. Он не ходил в университет, магазин, и ел, в основном, всякую ерунду: дешевый рамен, кофе в пакетиках. Другого не хотелось, да и нету. Ему становилось хуже. Чангюн уже начал размышлять, сколько у него осталось времени. Шел ли счёт ещё на дни, или шел уже на часы?

Минхек так же обещал заехать в гости после пар, Им не был против, а когда встретил друга, то делал вид, что в порядке. Приболел немного. Минхеку это не нравилось.

— Выглядишь не очень.

Отмечал Минхек, мысленно сравнивая его внешний вид с отвратным видом Хенвона незадолго до своей смерти. Минхек пытался отбросить эти мысли куда подальше. Он просто заболел. Вон, даже свитер с длинными рукавами надел, чтобы не продувало. Всё будет нормально. В конце концов, пора смирится с тем, что случилось и не видеть то же самое во всех людях при любой хвори. Ли затаскивал пакеты с продовольствием, закидывая всё это в холодильник.

— Так и думал, что ты ничего не ешь. Совсем не меняешься.

Чангюн выдавил из себя улыбку в ответ и поплелся в ванную, защелкивая на всякий случай замок и снова содрагаясь в кашле. Горло нещадно драло, и он не мог остановиться, всё кашляя и кашляя. Ему казалось, что вместе с лепестками он выплюнет и свои легкие. Когда припадок окончился, Им спрятал лепестки под ванной и умыл лицо, возвращаясь на кухню. Он не подумал, что его могли слышать.

— Да уж, дохаешь ты славно, — снова заметил Минхек, подозвав парня к столу, — Садись пока. Подожди, я тебе сейчас чаек горячий налью. О! Вспомнил, сейчас, минутку.

Минхек куда-то убежал, топая босыми ногами по паркету, и вскоре вернулся назад вместе с упаковкой мятных леденцов для горла.

— Вот, держи. Хонг просила передать тебе, — у парня улыбка такая на лице, словно на самом деле это ему подарили леденцы.

— Хонг? Он… Она в городе?

Он едва сдержал порыв кашля, услышав так болезненно любимое имя. Минхек лишь мотнул головой, стоя спиной к Иму и осторожно наливая воду из чайника, пяткой пытаясь растереть по полу пролитые капли.

— Ещё в Сеуле. Мы просто созвонились, когда я к тебе ехал, попросила купить, передать. Просила ещё привет передать и чтобы поправлялся скорее.

Чангюн, наверное, впервые за несколько дней искренне улыбнулся, сдерживая в горле снова навязчивое желание выплюнуть лепестки. Молча смотрел на упаковку с леденцами, взяв её в руки.

«Если бы они помогли мне хотя бы немного, то я был бы самым счастливым человеком» — Чангюн взял один из леденцов для вида, потому что знал, что иначе Минхек не отстал бы. Хотя на деле хотел почувствовать эту заботу от той, по кому так страдает. От его болезни нет лекарства, которые обычно выписывают при простуде и ОРВИ, леденцы тут не помогут. От его заболевания есть только один способ излечиться — получить взаимность от любви.

Но Чангюн не понимал.… Почему вдруг именно Хонг, не красивая младшая сестра его одногруппника, например, Ерин. Очень симпатичная девушка, с неплохим характером. Почему не какая-нибудь милая девушка с потока? Почему так? Чангюн пил чай с тем же немым вопросом на лице. «Почему?». С тем же выражением лица провожал Минхека, который обещал снова заглянуть и проверить, как там Чангюн лечится. И лечится ли он вообще.

В университете Минхек старался вести себя так же, как обычно себя вел. Беззаботно и оптимистично. Он вроде как за прошедшие почти две недели отошел, смог более-менее смирится с потерей друга, или хотя бы создать оболочку, что с ним всё в порядке. Ли снова посещал пары, пытался развеять обстановку вокруг себя. Единственное, он воздерживался от привычных ему шалостей. Основной жертвой его шуток был Хенвон и сейчас что-то внутри Ли не позволяло проворачивать такие же шутки. Каждый раз он понуро опускал голову, что выдавало его с головой. Он не в порядке. Он не смирился до конца. Боль потери ещё слишком остра.

— Привет, Бекхен, ты не видел Чжухона? — Минхек подошел к одногруппнику, который усердно печатал в смартфоне, — Потом с сестрой своей поболтаешь. Ли не видел?

— Один уже передо мной, — усмехнулся парень, отправляя сообщение и пряча телефон в карман брюк до первого оповещения, — Чжухон.… Это с кем ты ошиваешься вечно, бугай такой? Видел недалеко от библиотеки, попробуй поискать его там.

Минхек благодарно похлопал по спине друга и побежал в сторону в библиотеки, надеясь застать Чжухона, чтобы поделиться с ним новой найденной песней и потоком мыслей, вызванных этой песней. Ли в самом деле находит Чжухона в библиотеке, с легкостью узнавая эту фигуру. Но он так и не подошел, не окликнул его, став случайным свидетелем картины, где он явно лишний. Минхек улыбнулся лишь едва заметно. «Наконец-то ты перестал тянуть резину». Думает отправить поздравительное SMS, но передумал. Не хотел отвлекать. Остаток дня проводит на парах, так с Чжухоном и, не пересекаясь больше.

Следующий день — выходной. Минхек снова закупился сладостями и поехал к Чангюну, решая провести этот день за просмотром фильмов и присмотром за другом, совсем не боясь заразиться. Он уже даже выбрал фильмы, какие Им хотел бы посмотреть. Уже выучил его предпочтения.

— Ты вообще лечишься? Выглядишь ещё хуже, — Минхек недовольно хмурился, отчитывая друга, как малого ребенка, — Так и знал, что нельзя тебя одного оставлять.

Чангюн молчал. Ему действительно паршиво. Паршиво так, что он чувствовал уже сам: он не живет, он существует. Еда, которую ему любезно принесли ещё в прошлый раз стоит нетронутой совсем. Аппетит пропал окончательно. Ли, как только заметил полный холодильник, снова шлепал по коридору и отчитывая, что «нельзя так относиться к себе».

«Определенно нельзя» — Чангюн от слабости осел на пол, снова не сдержав порыв кашля. Кашлял, жмурился от боли в груди и смотрел на ладонь, в которой остались лепестки. Голубые, красивые, нежные. Ли всё видел всё своими собственными глазами. Чангюн совсем не хотел показывать это другу, но тот сам полез и убедился в том, что видел. Это расстраивает. Минхёк всё понимал, смотрел на Чангюна и тихо спрашивал:

— Кто?

Им не хотел говорить. Он отвернулся, закрывался от Минхёка, но тот стоял на своём и одернул за плечо друга, чтобы тот снова повернулся. У парня губы синие, мешки под глазами и красноватые глаза. «Не спит».

— Кто? — повторяет Минхёк.

— Хонг.

***

— Звездец! Чё булки мнёшь? Быстро пошёл! — Ли орал почти на всю больницу и подгонял еле идущего сзади Чангюна, которому не нравилась эта идея. 

Но в кабинет доктора он зашел добровольно, тут же плюхаясь на кушетку. Минхёк всё рассказывал сам, эмоционально размахивает руками, и почти попадая в лицо доктору, за что извинился. Ли слишком эгоист. Он уже потерял Хенвона, не успев вовремя ему помочь. Он не позволит этой ненавистной ему болезни забрать ещё одного друга. Он не хочет оставаться без друзей. Пускай за такую плату, но Чангюн будет жив. Мужчина долго осматривал Чангюна, а затем говорил, что нужна операция. Иначе никак. Но Чангюн не хотел. Он мотал головой и говорил, что боится. Лучше мучиться всю жизнь, лучше сдохнуть от этого чувства, чем лечь под нож и забыть, что такое любовь. У Чангюна она вторая и, кажется, последняя.

***

— Начинаем операцию.
Аниме форум » Наше творчество » Книжная полка » Фанфики » Кто знал, что любовь убивает? (AU! Hanahaky)
Страница 1 из 212»
Поиск: