Мини-чат

Войти на сайт

  • Страница 1 из 3
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Аниме форум » Наше творчество » Книжная полка » Фанфики » Момои
Момои
HikаriOffline
Отшлёпанный
Дата: Четверг, 16.10.2014, 21:06 | Сообщение #1


Автор: Hikari
Фэндом: Баскетбол Куроко
Персонажи: все из аниме "Баскетбол Куроко", Фуукацуми, Хикари.
Пейринг: Момои/Тетсу, Хикари/Кисе, Фуукацуми/Акаши.
Рейтинг: PG-13
Жанры: Приключения, Гет, Драма
Предупреждения: OOC
Размер: планируется Макси
Статус: Закончен
Описание: Сацуки Момои выдали замуж за Йошитаку Мариаму против её воли. Она убивает мужа, а затем и его сводную сестру, которая увидела это. Испугавшись наказания Момои сбегает и попадает в компанию пиратов. Там она знакомится с Куроко, в которого влюбляется. Вместе со своими новыми друзьями - пиратами, Сацуки пройдёт через множество приключений и сражений.








Широким жестом священник благословил склонённые перед ним головы, произнося при этом формулу свадебного обряда. Момои поняла, что отныне она замужняя женщина. Волна злости затопила её, злости почти дикой, неудержимой... Ну, почему? Почему она должна выходить замуж за этого парня? Конечно! Ведь это последняя воля её покойной матери. Как же хочется верить в то, что это всего лишь сон. Но это не так.
- Никогда! - прошипела она. - Никогда, я не буду полностью принадлежать тебе! Слышишь! Пусть нас и поженили, но внутри я свободна!
Он улыбнулся ей с лёгкой снисходительностью взрослого, который прощает напакостившего ребёнка. Как же он её бесит! Ей хотелось забыть обо всём и убежать, но нельзя. Церемония уже началась.
Сацуки благоразумно слушала первые слова, но потом перевела взгляд на Мариаму. Он вызывал у неё отвращение. Хоть и считался первым красавцем. Ему было восемнадцать лет. Йошитаки был высокого роста, и его аристрократически-небрежная грация могла бы казаться женственной, если бы не сильное, мускулистое тело. Упрямый лоб и волевой подбородок. Вряд ли хоть одна женщина могла остаться равнодушной. Но Момои в её семнадцать лет он казался далёким от идеала.
Она закрыла глаза, чтобы немного успокоиться, затем посмотрела на алтарь, украшенный поздними цветами и осенней листвой. Часом раньше их с Мариамой благословили, а сейчас церемония завершалась.
Сацуки , от нечего делать, стала осматривать себя. На ней было белое пышное платье из шелковистого атласа. Широкое прямоугольное декольте открывало вид на немаленькую грудь и шею с многорядным жемчужным колье.
Часто, когда Момои была маленькой, её мать показывала ей это платье. Матери нравилось видеть восхищение на лице своей малышки.
- Когда-нибудь, - говорила она, - ты тоже наденешь это платье. Да, ты будешь счастлива.
Но, вопреки мечтам женщины, Сацуки не была счастливой. Уже месяц, как любимая родительница покинула её и ушла в мир иной. При жизни мать Момои была очень активной. Она обожала лошадей и до того печального случая проводила в седле большую часть своего времени, объезжая всю округу их маленького городка, окидывая всё проницательным взглядом розовых глаз, замечавших каждую мелочь.
Точно так же и Момои, едва научившись ходить, уже взобралась на пони, привыкла к холодной воде. Зимой и летом она была всегда легко одета, без головного убора в любую погоду. Сацуки получила образование. В одиннадцать лет Момои хорошо умела обращаться с холодным оружием.
Однако и её духовная начинка не была забыта: она овладела несколькими языками, ей передавали знания учителя истории, географии, литературы, музыки, танцев.
Их взаимоотношения с матерью были неровными, беспокойными. Теперь, когда её мать спала вечным сном, Момои не могла вспоминать о них без грусти. Во время болезни женщина спокойно наблюдала за приближением смерти, сожалея только о её прежде временности.
- У меня ещё столько дел! - вздыхала она. - В любом случае я хочу, чтобы через месяц после моей кончины Сацуки вышла замуж за Мариаму. Брат, ты обещаешь, что моё желание будет выполнено?
- Да, сестра, обещаю.
И сейчас, стоя перед алтарём, дядя Момои торжественно завершал обряд. Несмотря на его небольшой рост и хрупкое телосложение, сейчас он производил величественное впечатление, подчёркиваемое благородством жестов. В пятьдесят лет он выглядел гораздо моложе и сохранил свою юношскую походку. Сацуки с нежностью смотрела на своего дядю. Она любила его особенно преданно. Однако, в отличие от Момои, её дядя был рад этой свадьбе. Он одобрял этот брак, дядя не хотел видеть никого другого рядом с ней, кроме Мариамы.
Когда он спустился к молодой чете, Момои с грустью посмотрела на него. Её взгляд, казалось, говорил: "Я несчастна, и я знаю, что вы меня любите. Почему бы вам не остановить всё это безумие?" И такая мольба была в её немом вопросе... Отныне, когда матери не было больше, он был всем, что ей осталось. И она хотела, чтоб он понял её.
Но дядя не желал поступать, как хотелось Сацуки. Он с умилением смотрел на новобрачных, и Момои видела в его глазах удивительную смесь радости, беспокойства и отчуждения. Воцарившаяся тишина неожиданно стала такой давящей, что Сацуки это почувствовала. По её сжатым губам проскользнула безрадостная улыбка.
Мужчина взял за руку новобрачную.
- Я желаю тебе счастья! Никто не знает, когда мы вновь увидимся!
- Вы уезжаете? - встревоженно спросила Момои. - Но почему не сказали об этом раньше?
- Прости, но ты была так расстроена. Я не хотел расстраивать тебя ещё больше, а сейчас уже ничего не поделаешь. Да! Я отправляюсь в Англию. Отныне ты в надёжных руках своего супруга.
- Я хочу быть счастливой! Но с ним этого никогда не будет!
Плохо скрытый гнев звучал в её словах, что встревожило её дядю. Момои не могла понять миролюбие, которое проявлял её дядя по отношению к Мариаме. Да, Йошитака был самым очаровательным, самым блестящим, самым храбрым, самым образованным. Но ей он не нравился!
- Я доверяю её вам! - улыбнулся мужчина.
- Будьте спокойны, - последовал сухой ответ. - Пойдём, моя дорогая? - эти слова были обращены к Момои. Она сжав зубы взяла руку, которую Йошитака протянул ей.
Бок о бок они медленно пересекли огромный зал. Уверенной рукой Мариама подвёл жену к своему другу Митсутио Хаякаве. У него был не очень внушительный вид, хотя и величественный. Митсутио осматривал Момои пожирающим взглядом.
- Неотразима! - наконец выдавил он. - Вы прекрасны, Йошитака-чан! Мои лучшие пожелания! Мариама, друг, тебе очень повезло с женой, она - красавица!
- Благодарю, - фыркнула Сацуки, с отвращением прислшиваясь к своему новому имени. Оно сильно резало слух.
Тем временем Мариама предложил Хаякаве остаться на ужин.
- Простите, но я, пожалуй, откажусь! - ответил Митсутио. - Мне пора.
- Ты уезжаешь?
Момои заметила, что на лице её "любимого" супруга промелькнула радостная улыбка. Неужели он так рад тому, что его друг уезжает? Сама Сацуки желала, чтобы все как можно дольше оставались в гостях... Она не желала оставаться наедине с Мариамой.
- Прости, но никак не могу остаться. Мне нужно работать. - вновь подал голос Хаякава.
"Он всё таки уезжает! А за ним и остальные постепенно разъедутся. Мы с Мариамой останемся одни! И... Глупости! Я закроюсь в комнате и не впущу его! Он и на миллиметр не подойдёт ко мне!" - возмущалась в мыслях Момои.
Отвернувшись, чтобы скрыть злость, тогда как её муж находился в эйфории, Сацуки встретила насмешливо вопросительный взгляд Аомине Дайки. Он стоял у окна, заложив руки за спин и слегка скрестив ноги. Кожа была загорелой. Он был простым моряком, как говорили многие из друзей Мариамы.
"Моряк, который может только владеть кораблём, пленитель моря. Пират!" - вдруг решила Момои.
Было в Аомине что-то угрожающее и непреклонное, что волновало девушку. В мыслях Сацуки Дайки был соколом. Этому способствовали хищный профиль, блестящие глаза, поджарое тело, в тором чувствовалась опасная сила. Нервные загорелые руки заставляли вспоминать о звериной хищной хватке. А взгляд тёмно-синих глаз давил невыносимой тяжестью.
Сейчас Армине улыбнулся, глядя на Момои. Скупая улыбка одним уголком рта приоткрывала ослепительно белые зубы. Эта дерзкая улыбка заставила Сацуки содрогнуться. Девушка вздрогнула, заметив, как Дайки подтянулся и направился к ней. Она отвернулась, сделав вид, что не заметила его движений.
- Мне хотелось бы поздравить новобрачных и пожелать им счастья, - послышался сзади спокойный голос Аомине. Момои нехотя обернулась.
- Благоадрю, мой друг! Вы останетесь с нами на ужин? - радостно воскликнул Мариама.
- С радостью!
Тёмно-синие глаза буквально прилипли к напряжённому лицу Момои. У неё появилось ощущение, что он чувствует её боязнь перед ним и забавляется этим.
Вскоре все отправились на ужин. Он показался Момои долгим и скучным. Мало людей, мало шума... Уже почти все разошлись. Почему остальные не могли остаться на более долгое время? У всех какие-то дела! За столом сидели только дядя Момои, Мариама, сама Сацуки, Аомине, Араки и Касамацу. Масако - сводная сестра Йошитаки, а Касамацу - хороший знакомый.
Дядя говорил мало, видимо думал о предстоящей поездке. Аомине молчал, поглядывая на Момои пристальным давящим взглядом. Араки подражала новобрачной и не вмешивалась в беседу. Она машинально катала хлебный шарик по узорчатой скатерти. Глядя на неё, Сацуки спрашивала себя, почему она положительно относится к сводной сестре своего ненавистного мужа.
Если отбросить в сторону то, что она грациозна и нежна, получается, что Араки постоянно потакает новобрачной и относится к ней, как к недоразвитой девочке. Масако была среднего роста и очень стройна. Все черты её лица сияли изящностью, аристрократичностью и невозмутимостью. Глаза были бездонны и черны, как ночь. Одета девушка была в воздушное голубое платье. Низко декольтированое, открывающее нежную округлость плеч, оно было опоясано поддерживающей груди цепью из очень красивых драгоценных камней.
Первая встреча была неожиданной. Момои с матерью прогуливались по набережной и встретили пару.
- Йошитаки! Йошитаки Мариама! Как я рада видеть тебя, мой мальчик! - воскликнула мать Момои.
- Я тоже очень рад нашей встрече! - откликнулся Йошитаки.
Он начал осматривать спутницу своей знакомой. Момои побагровела от злости, непонятно почему, но этот молодой человек вызывал у ней только ненависть. Мать Сацуки и Мариама кинули друг другу несколько поспешных фраз и обменялись адресами.
"надеюсь, я больше никогда не увижу этого человека!" - думала Момои по дороге домой.
Но она ошиблась. Мариама стал ежедневно посещать их. Эти визиты приводили девушку в ярость. А Йошитака расспрашивал её о жизни, вкусах, привычках. Однажды мать попросила спеть её для него. Момои лишь фыркнула, вскочила с места, удалилась в комнату и не выходила оттуда, пока Йошитака не ушёл. Несколько раз Момои, Араки, Йошитака и мать Сацуки ездили кататься на лошадях.
- Я видел много мужчин, которые прекрасно ездят верхом на лошади, - сказал он Момои, после пятой поездки. - Но женщин ни разу! Вы - первая!
В его голосе было много искренности, тепла и влюблённости. Но Сацуки лишь снисходительно улыбнулась.
- Зато вы - никчёмный ездок! - сказала она и направилась домой, оставив Мариаму стоять в замешательстве.
- Что ж, учтём! - пробормотал он и направился вслед за девушкой.
После этой поездки Йошитака исчез, а мать Момои заболела неизвестной болезнью. За два дня до своей смерти женщина подозвала к себе Сацуки и сказала ей.
- Я знаю, что скоро умру, но я знаю также, что могу уйти спокойно, ибо оставляю тебя не одну.
- Что вы имеете в виду, мама?
- Мариама просил у меня твоей руки и ты выйдешь за него замуж.
- Я? Нет! Он мне неприятен!
- Замолчи! Ты будешь счастлива, если выйдешь за него замуж.
Сказав это женщина отвернулась к стене. Момои покинула комнату. Она была ошеломлена тем, что Йошитака хотел жениться на ней, той которая отталкивала и унижала его. Это пробудило в ней ощущение проигрыша.
"Никогда он не будет достоин меня, - подумала девушка. - Никогда, вопреки словам матери, я не буду счастлива рядом с ним."
Со злостью она смотрела на Мариаму, сидевшего напротив неё. Сейчас он - хозяин этого дома.
Голос Араки вывел её из задумчивости.
- Я думаю, что нам уже время уйти, Момо, и оставить мужчин спокойно беседовать о своих делах.
Новобрачная вздрогнула. Она заметила, что все смотрят на неё. Сацуки неторопливо встала.
- Конечно, - сказала девушка, - мы оставляем вас... Я устала, поэтому пойду к себе и отдохну.
Нехотя Момои подошла попрощаться с дядей, молча обняла его и отошла. На супруга она даже не взглянула. Обе девушки удалились. Сацуки хотелось остаться наедине с собой. Пройдя по лестнице она обернулась к Араки.
- Спокойной ночи! - сказала Момо.
- Спокойной! - ответила Масако.
Девушки разошлись по разным комнатам. Зайдя в свою спальню Момои легла на кровать и глубоко вздохнула отгоняя злость. Затем она подошла к окну и замерла, глядя на полную луну, светившую в тёмном небе.





Немного постояв у окна Момои переоделась в халат, подошла к зеркалу и стала осматривать себя: красивая девушка, со странным цветом волос - розовым, стройная. Плавные, гордые черты лица украшали её ещё больше. Глаза были розоватого оттенка. Их необычный оттенок привлекал внимание так же, как и их своевольное бунтарское выражение. Волосы были прямыми и ниспадали до поясницы. Вся в мать. И почему такая красота досталась такому, как Йошинтака? Нечестно!
Момои горестно вздохнула, надеясь на то, что всё уладится и она когда-нибудь сможет полюбить Мариаму. Может сегодня нужно дать ему шанс? Сейчас Сацуки стоит на пороге этой волнующей ночи, как у берега незнакомой страны, полной ловушек, неизвестностей и опасностей.
Девушка отвернулась от зеркала и разочаровано покачала головой. Мама была бы разочарована её поведением. Момои вновь подошла к окну. Ночь была беззвёздной, хоть и светлой. На небе светила лишь луна. Раздался лёгкий скрип двери.
- Госпожа, - послышался осторожный голос экономки, - гости разошлись по кмнотам. Только...
- Что? Раз начала, то продолжай.
- Ваш муж...
- Он не мой! - резко перебила её Момои. Через минуту экономка продолжила.
- Мариама-кун и Аомине-кун играют в карты.
- Хорошо! Пусть хоть всю ночь играют! Мне всё равно. Главное не оставаться наедине с Йошинтарой. Свободна!
Экономка тихо удалилась. Сацуки улыбнулась. Раз Мариама играет в карты, зачит он ещё не скоро прийдёт. Можно расслабиться. Девушка подошла к шкафу и взяла первую попавшуюся книгу. Но читать не получалось, в голове крутилась одна мысль.
"Расслабиться-то можно, но не нужно. А, вдруг... Нет, он не может проиграть дом в карты! Да, теперь он мой муж, но он не имеет права на это!" - Сацуки разволновалась. Она швырнула книгу в самый дальний угол. Ей захотелось бежать вниз и остановить игру. Но она смогла совладать с собой. И решила, что лучше всего будет лечь спать. Только девушка легла, как раздался стук в дверь. Нехотя соскользнув на пол, Момои босиком доплелась до двери, отворила её и... отшатнулась с возгласом удивления. На пороге стоял не Йошинтара, а Дайки.
- Можно мне войти на минутку? - спросил Аомине, показывая в улыбке крепкие белые зубы. - Мне надо поговорить с тобой.
Момои нехотя впустила его в спальню.
- Что тебе нужно, Аомине-кун?
- Ваш супруг не прийдёт... по крайней мере этой ночью!
- Он мне и не нужен! - в сердцах крикнула Момои.
- Даже так? - Аомине закрыл дверь, не обращая внимания на нахмуренные брови Сацуки. Затем он подошёл к девушке и рассмеялся.
- Где, к дьяволу, тебя учили хорошим манерам? Их у тебя, Момои-чан, нет!
"Он что-то задумал. Но что?" - пронеслось в голове Сацуки. Но вслух сказала.
- Какое тебе дело до моего воспитания? Оповестили меня, а теперь убирайтесь!
- Оу, да ты, как я вижу, не очень-то гостеприимна! Позволишь?
Поклонившись с явной иронией, он уселся в объёмистое кресло. Стоя у изголовья кровати со скрещенными на груди руками, Сацуки боролась с растущей яростью. Какое-то время парень задумчиво смотрел на неё, не находя слов перед её чарующей юностью, возможно из-за чего-то более волнующего, тайного...
Тем временем его безмолвный экзамен вывел из себя Момои, и её терпение лопнуло.
- Аомине-кун, - бросила она горячо, - если ты не покинешь немедленно мою комнату, ты будешь выброшен отсюда, если не моим... если не Мариамой, раз ты говоришь, что он не придёт, то мною!
- На твоём месте я бы этого не делал. Сядь, пожалуйста, во второе кресло. Я уже говорил, что нам надо серьёзно поговорить, и я прошу тебя терпеливо выслушать меня.
Все следы насмешки исчезли с его лица. Во взгляде синих глаз появилась каменная тяжесть. Момои машинально подошла к креслу и села, заставляя себя успокоиться. Её инстинкт подсказывал, что произошло что-то, что потребует от неё полного контроля над всеми её чувствами. Она глубоко вздохнула.
- Я слушаю тебя, - сказала она холодно. - Только давай быстрее! Я устала.
- То, что ты сейчас узнаешь, может быть, покажется тебе странным, но я считаю тебя способной встретить не дрогнув некоторые обстоятельства... весьма неожиданные.
- Говори уже!
- Мы с Йошинтаро играли этим вечером.
- Я знаю! И что?
- Он проиграл!
Гримаса презрения появилась на прекрасных губах девушки. Она поняла, куда клонит Аомине. Только это? Просто разговор о деньгах...
- Я не понимаю, почему это касается меня. Мариама проиграл... он заплатил, вот и всё!
- Да, он заплатил. Ты тоже будешь платить.
- Что ты хочешь сказать?
- Что Йошинтара проиграл не только многое, чем он владел, но так же то, что принадлежит тебе.
- Что? - вскричала Момои, побледнев от злости.
- Он проиграл ваши деньги, дом... и ещё больше, - спокойно говорил Аомине.
Девушка приподнялась, но ноги у неё так дрожали, что ей пришлось опереться о кресло. У неё появилось такое ощущение, что её погрузили в океан безумия, где всё летело кувырком.
- Ты лжёшь! - выговорила Момои как можно спокойнее.
- Ни сколько. Йошинтара проиграл всё, чем ты владела... и ещё больше, - твёрдым тоном сказал Аомине.
Сацуки слушала моряка с возрастающим нетерпением. Его развязность, настойчивый взгляд синих глаз были ей неприятны, но конец фразы заставил её насторожиться.
- Что ты хочешь сказать своим "и ещё больше"?
Дайки ответил не сразу. Он догадывается, что девушка натянута, как лук, может быть, на пределе напряжения, предшествующему излому. Но он узнал также, что она может выдержать любое потрясение, и это ему нравилось. Он любил бороться с достойным противником.
- Да говори уже, Аомине-кун!
- Когда Йошинтара проиграл всё, когда ему уже нечего было поставить, он поставил...
Дайки снова остановился, словно упершись в последние слова, которые перед ячными глазами приняли чудовищное значение, а охваченная ужасом Момои не могла предложить ему продолжать. Её "что" было просто дыханием.
- Тебя, - ответил тихо Аомине.
Два слога, просто два слога, но они огнём пронзили Сацуки, как выпущенная в упор пуля из пистолета. Ей показалось, что она теряет сознание, и, чтобы удержаться на ногах, она стала отступать, ища оледеневшими руками опору сзади, пока не ощутила успокаивающую твёрдость стены. Момои была убеждена, что сходит с ума, если только он, этот наглец, не был сумасшедшим. Но он держался так спокойно, так самоуверенно, в то время, как корабль её самообладания шёл ко дну. Волна отвращения поглотила её, вызывая тошноту. К счастью, стены дома остались на своём месте, она ощутила их прочность под руками, на них можно было опереться. Девушка с ненавистью взглянула прямо в лицо Аомине:
- Разве я рабыня, которую можно продать или променять по своей прихоти? Я не принадлежу Мариаме! - выкрикнула Момои таким яростным тоном, что Дайки вздрогнул.
- Перед лицом закона ты принадлежишь ему, - начал он елейным голосом. - И не возмущайся напрасно: ставкой была не ты, не твоя жизнь, а... эта ночь, которая теперь принадлежит мне.
Момои выпрямилась во весь рост, пытаясь вспомнить те звучные, но непонятные ей ругательства, которыми обменивались иногда конюхи во дворе. Ей казалось, что это принесёт облегчение. Не вспомнив ничего, она удовольствовалась повелительным жестом в сторону двери.
- Уйдите, - только и сказала девушка.
Вместо того, чтобы повиноваться, Аомине взял стул и коленом оперся о него. Момои увидела, как побелели суставы его загорелых рук, впившихся в спинку стула.
- Нет, - ответил он спокойно. - Послушай меня... попытайся выслушать меня без гнева.
- Вон из моей комнаты! Я не собираюсь слушать тебя! - крикнула Момои.
Аомине сжал челюсти.
- Тем хуже для тебя! - закричал он. - С его согласия ты принадлежишь мне на всю эту ночь. Так используй её. Я не прикоснусь к тебе, но увезу далеко от него... Мне лишь нужны деньги на новый корабль.
- Бред! - уколола Момои, понемногу обретавшая холоднокровие, в то время, как пират злился.
Он медленно приблизился к ней. Словно молнией промелькнуло в сознании Момои то, что сейчас могло произойти: всего час в объятиях этого человека, и он исчезнет, оставив её одну. И тут же волна подозрительности и недоверия затопила её, и она почувствовала, что много воды утечёт, пока она снова сможет верить кому-нибудь. Кто может ей гарантировать, что на рассвете, удовлетворив своё скотское желание, этот человек сдержит слово и вернёт то, что так ему было необходимо, деньги на новый корабль?
Мысли девушки закружились в лихорадничном водовороте в то время, как Аомине стоял совсем близко. Когда он коснулся её, Момои вздрогнула от отвращения.
- Не прикасайся ко мне! Продай дом, всё продай и приобрети себе корабль! Но не прикасайся ко мне.
Руки уже готовые сжать её в объятьях, опустились. Аомине пожал плечами.
- Ты дурочка, Момои-чан! Ты, правда, думала, что я способен на это? Это смешно! - он пошёл по направления к двери, затем резко остановился. - Только, может быть, на это.
Прежде чем Момои поняла, о чём речь, Дайки тремя большими шагами преодолел разделявшее их пространство и с силой обхватил её. Девушка оказалась пленницей железных объятий, с губами, запечатанными повелительно прижатым жестким ртом. Она отчаянно отбивалась, но Аомине держал её крепко и, несмотря на яростные попытки освободиться, всё было напрасно. Ей казалось, что по её телу пробегают то горячие, то ледяные волны, пронизывающие её с каждым разом незнакомым и волнующим ощущением. Совершенно бессознательно сопротивление Момои ослабевало. Этот рот был таким тёплым после всего обрушившегося на неё холода. И вдруг он чудесным образом стал податливым, ласкающим... Сацуки с волнением почувствовала, как нежная рука скользнула по её шее и зарылась в шелковистой массе волос, захватив в плен её голову. Это было как во сне... сне, не лишённом очарования...
И затем, внезапно, девушка оказалась свободной... стоя на ватных ногах и с шумящей головой, одна среди колеблющегося мира. Как будто из далека до слуха Момои донёсся голос Дайки.
- Прощайте...
Лёгкий стук двери позволил багровой от стыда Сацуки открыть глаза. Пират уехал. Девушка осталась, наконец, в одиночестве, но это было одиночество отверженной, оказавшейся среди руин. Потому что ей не оставалось ничего от прошлого и детства: дом, богатство и даже её самые дорогие мечты - всё было уничтожено одним ударом. Дом будет продан для того, чтобы на море стало одним кораблём больше! Теперь Момои надо подумать над бедственным положением, в котором её оставили... Сохраняя спокойствие, она уселась в кресло. Вокруг неё царила полная тишина.
Когда полчаса спустя девушка очнулась от печальной задумчивости, у неё было ощущение, что она заново появилась на свет после родов. От юной и наивной Момои больше ничего не осталось. Теперь в ней поселился всепоглощающий гнев. Гнев, требующий отмщения. И эту жажду мести Сацуки решила утолить немедленно. Йошинтара предал её, продал и унизил. И за это он должен заплатить.
Девушка сбросила халат, в котором уже не было нужды, и надела пепельно-чёрный костюм для верховой езды. Наскоро уложив свои роскошные волосы, она покинула комнату. В коридоре её охватила ужасающая тишина, тишина ожидания, как в лесу перед бурей, когда всё живое ждёт, затаив дыхание.
Девушка тихо спустилась по лестнице и пробралась в гостинную. Полулёжа в глубоком кресле и положив ноги на красный бархат стола, Мариама о чём-то думал, поэтому не услышал, как пришла Момои, которая решила убить его.
Взгляд Сацуки обежал вокруг комнаты и остановился на одном из элементов украшения: на ковре с прекрасными мечами, которыми девушка не раз пользовалась в схватке со своим учителем. Она тихо подошла и взяла мечи, затем ударила ими друг о друга. Звон клинков заставил Йошинтару обернуться. Он посмотрел на Момои с неподдельным удивлением, которое тут же сменилось насмешливой улыбкой.
- Что это ты разыгрываешь? Ролевые игры для первой брачной ночи?
И всё это он сказал ей после своего бесстыдного поступка! Он должен был хоть немного смутиться! Сдерживая негодование, Момои холодно сказала "возлюбленному".
- Вставайте и сражайтесь со мной!
Затем она кинула один из мечей Мариаме, который с лёгкостью его поймал.
- Это глупо! Но заманчиво. Я принимаю твой вызов! - Йошинтара встал.
Неуловимым движением Момои сбросила стеснявшую её юбку амазонки, оставшись в брюках, и тут же заняла позицию.
- Какая фигурка! Только я подумал, что уже ничего не получу от этого брака, и уже решил убить тебя! Но, чёрт возьми, достаточно только будет обезоружить тебя... и ты будешь моей. Самая горячая и вместе с тем самая покорная молодая кобылица, которая отведала хлыста... а я люблю животных с норовом!
Говоря это, Мариама изготовил оружие. Весь в будущей схватке, Йошинтара с грубыми подробностями выкладывал Момои всё, чему подвергнет её, когда она будет в его власти. Ненависть стёрла с него всю сдержанность и стыдливость перед лицом этой девушки, к которой он чувствовал теперь презрение и желание любой ценой покорить её. Охваченная отвращением, Сацуки слушала его, почти не понимая, почти не слыша...
Мало-помалу оскорбительные слова иссякли, в то время как на искажённом лице Йошинтары гнев уступил место удивлению, больше напоминавшему беспокойство. Эта стройная розововолосая девушка, в чьих розовых глазах не было и тени страха, билась с ловкость завзятого дуэлянта. В её точности действиях - ни малейшего просчёта. Казалось, что в проворной руке Момои сверкал не один клинок, а сотни. Она была одновременно всюду, сражаясь, как тигрица, непрерывно обходя кругом противника, десятки раз меняя позицию. Зловещий лязг мечей становился всё более учащённым, ибо юная девушка постепенно навязала Мариаме дьявольский темп. Ему пришлось призвать все свои умения, чтобы защититься от гибкой, прыгающей тёмной фигурки, которая нападала со всех сторон одновременно, не переставая парировать встречные удары. Ни один мускул не двигался на её красивом лице. Но по восторженному блеску глаз Йошинтара понял, что она наслаждалась в эти мгновения. У него появилось неприятное ощущение, что она играет с ним, как кошка с мышкой. Разъярённый сопротивлением той, кого он считал просто наглой дурочкой, охваченный также желанием поскорей окончить бой, чтобы удовлетворить вспыхнувшую страсть, Мариама разгорячился и стал делать ошибки. Сказывалась бессонная ночь за картами, одурманившими его рассудок. Заметив это, Момои удвоила натиск. Йошинтара хотел нанести решительный удар и рванулся вперёд. Она парировала его и, скользнув с гибкостью ужа под клинком соперника, ударила... Меч пронзил грудь Мариамы.
Бесконечное изумление появилось в расширившихся серых глазах молодого человека. Его дрожащая рука выпустила меч, зазвеневший на полу. Он открыл рот, чтобы сказать что-то, но вместо слов только струйка крови потекла по его подбородку. Момои медленно вытаскивала меч, а Мариама безвольной массой опускался к её ногам. Даже не осушив клинок, девушка отбросила его в сторону и тут же услышала вопль:
- Йошинтара!.. Ты убила его!
Вне себя от охватившего её гнева, Араки Масако, а это была она, начала кричать: "На помощь!" Момои бросилась к ней, свалила на пол и зажала рот рукой.
- Замолчи, сумасшедшая! Ты разбудишь всех в доме. Ты такая же, как и он! Теперь я тебя ненавижу!
В дикой злости Араки впилась зубами в прижатые к её губам пальцы, освободилась неожиданным движением бёдер и прошипела:
- Вот именно, я хочу разбудить всех! Вас посадят в тюрьму.
Момои напряжённо размышляла. Она хотела успокоиться, но мало-помалу её охватывал страх. Она пропала, если Масако позовёт на помощь. А та собирается кричать... Она кричит уже!..
Теряя самообладание, Сацуки схватила первый попавшийся предмет: длинный дуэльный пистолет, лежавший на комоде. Держась за ствол, она взмахнула тяжёлой рукоятью. Сражённая ударом в висок, не издав ни звука, Араки рухнула на пол. Надо бежать, бежать, как можно скорее! Ей уже показалось, что в глубине дома послышался какой-то шум! Могут прийти, могут найти её перед двумя бездыханными телами, и может быть, уже идут...
Пошатываясь, натыкаясь на мебель, девушка покинула гостиную, добралась до своей комнаты, схватила свои драгоценности и деньги, затем, завернувшись в широкий плащ, бесшумно выскользнула на улицу. Дело оставалось за малым: дойти до конюшен и ускакать на лошади подальше от дома. Так Момои и поступила. Ей повезло, она не встретила ни единой живой души...
TsukiyomiOffline
Хранитель бесед
Дата: Четверг, 16.10.2014, 21:51 | Сообщение #2
Hikаri, Перед тем, как оставить отзыв, скажу ошибки.

• Шапку не стоило закидывать в спойлер.

• Жанр. Там только приключения? Если да, то стоит так же добавить Джен. А если романтика, то гет. Так же, зависимо от рассказа и романтики, можно выделить ещё два жанра, например флафф или драма. Да и вообще жанров очень много, побольше, пожалуйста, напиши их. А то по одному тегу "Приключения", читателю будет сложно понять, о чем ещё там будет рассказываться.

• Конечно, размер глав, это дело автора, но, не советую писать открывки, незаконченные главы. Лучше дописать у себя в черновике, а только потом выкладывать. Ну, это так, мой тебе совет, как писателя. Наврядли читателю захочется читать абзац, который не стал главой.

• И еще одна ошибка, на мой взгляд, достаточно глупая и грубая. Примечания, их нужно писать отдельно, выделять, к примеру. А то иногда не понятно, часть главы это, или нет.

А вообще, ты молодец. Начало неплохое, хорошо пишешь. Удачи тебе, дорогая.:)
HikаriOffline
Отшлёпанный
Дата: Пятница, 17.10.2014, 01:53 | Сообщение #3
Amelie, Спасибо, сестрёнка, за то, что указала на ошибки) Буду иметь ввиду) Завтра выложу главу до конца) Я рада, что тебе понравилось^^
Завсегдатай
Дата: Пятница, 17.10.2014, 12:52 | Сообщение #4
мм начало интригующее, обожаю такое,жду продолжения дорогая.
тоже сегодня чуть еще своего романа вылажу.
TsukiyomiOffline
Хранитель бесед
Дата: Пятница, 17.10.2014, 13:00 | Сообщение #5
Hikаri, Это моя работа, в конце концов.:)
С нетерпением жду продолжения. Пираты - это я люблю.:D
HikаriOffline
Отшлёпанный
Дата: Пятница, 17.10.2014, 13:02 | Сообщение #6
Цукуёми, Amelie, Спасибо, няшечки мои)
HikаriOffline
Отшлёпанный
Дата: Понедельник, 17.11.2014, 18:33 | Сообщение #7


В команду


Поднялся ветер, принесший частый, холодный, неприятно хлеставший по лицу дождь, но Момои его почти не замечала. Время подгоняло. Снизу из замка стали доноситься крики и призывы. Беглянку должны были уже искать. И внезапно из-за деревьев поднялись густые клубы дыма, затем длинный язык пламени лизнул небо. Сацуки спряталась за деревом.

- Пожар! - прошептала она.

Как это могло произойти? Первым побуждением было броситься к горящему родному дому, но затем прилив мрачной радости остановил её. Пусть уж лучше здание сгорит, чем достанется Аомине! Так будет лучше! Таким образом от всего, что было ей дорого, останется только глубокая рана в сердце... Непрерывно вытирая катившиеся по щекам слёзы, Момои подошла к лошади и тяжело взобралась в седло. Она вдруг подумала о своём бегстве. Девушка не знала, как ей удалось оттуда выбраться, и вспомнила только глухой шум переворачиваемой ею мебель. Канделябр стоявший на столе! Сбросила ли она его на пол? Была ли Момои невольной причиной пожара? У Сацуки промелькнула мысль о двух оставленных в комнате телах, но она тут же прогнала её. Мариама был мёртв! Какая разница, если его тело
превратиться в пепел. Что касается Араки, то её будет немного жаль.

Поднявшись на стремёнах, девушка некоторое время наблюдала над верхушками деревьев зарево пожара. Слышались неразборчивые крики, призывы, но для Момои густой зелёный барьер, задержавший их, стал как бы символом неизбежности, отдаляющей её отныне от того, рушащегося мира. Да, это было неизбежностью, и беглянка, осознав, как много времени она потеряла, с прощальным жестом в сторону дома, пришпорила лошадь и устремилась в глубь леса. Встречный ветер засвистел в ушах, заглушая шум пожара.

Единственный, кто мог что-нибудь сделать для неё в этом ужасном положении, был дядя. Чтобы спастись, Момои необходимо было покинуть эту страну. Вот дядя и мог помочь в этом. К несчастью, он уехал, без сомнения, надолго. Сацуки во что бы то ни стало надо было попасть на его корабль.

К счастью для неё, девушка превосходно знала местность. Малейшие тропинки, самые маленькие ручейки - всё было ей знакомо. Она сильно сократила путь, проехав прямо через лес дорогой, которая вывела её прямо к пристани. Отсюда оставалось совсем немного до Тортуги, куда она стремилась, но у её лошади, одной из лучших, были крепкие ноги.

Ночь уже не казалась такой тёмной. Усилившйся дождь вызвал туман, а спрятавшиаяся за густыми тучами луна всё-таки давала достаточно много света, чтобы Момои легко находила путь. Припав к шее лошади, надвинув капюшон на глаза, она подставила согнутую спину ливню, отдавая всё внимание дороге. Вскоре она добралась до нужного ей места. Девушка соскочила с лошади и вошла в Таверну, чтобы найти капитана корабля, на котором поплывёт её дядя. Нашла она его довольно быстро, он сидел перед самым выходом из помещения.

- Господин Ивамура! - она знала его по имени, потому что дядя не раз упоминал его.

- А? Чего тебе? - скучающим тоном откликнулся здоровяк. Выглядел он немного устрашающе: короткие светло-коричневые волосы торчали во все стороны, зоркие карие глаза, щетина на подбородке и мощное телосложение.

- Простите, мне хотелось бы попасть на ваш корабль. Я заплачу, - быстро добавила девушка и села напротив капитана.

- Вот как, - пробормотал мужчина. - Впрочем, я могу взять тебя в роли юнги...

- Так вы берёте меня? - встрепенулась Момои. И в её розовых, как утренняя заря, глазах промелькнула искорка надежды. - Премноко благодарна! Клянусь, вы не пожалеете!

- Кстати, юнге плата не положена, - хитро сверкнув глазами, ухмыльнулся Касуга. - Иди на берег! Там где-то должна быть наша шлюпка. Скажешь нашему новому коку, пожилому мужчине с розоватыми волосами, как у тебя, что поступаешь пока в его распоряжение.

Поняв, что разговор окончен, Момои вышла из Тортуги. Было уже утро, дождь прекратился и дул тёплый ветерок. Девушка стояла на берегу реки возле шлюпки и любовалась на бриг "Бирэкет". Русло реки здесь широкое и морские корабли подходят для погрузки, как можно ближе к пристани, что нахотся выше по течению. На сколько Момои знала "Бирэкет" уже забрал груз для нашей новой колонии на далёком острове Австралии, в основном сукно. И теперь ждал только удобного ветра чтобы поднять якоря, и ещё, конечно, бриг ждал капитана, который прохлаждался в Тортуге. Подойти к матросам, болтавшим у шлюпки, девушка постеснялась и, конечно, испугалась немного. Они были не слишком похожи на то общество, к которому Сацуки привыкла. Честно говоря, матросы скорей напоминали банду разбойников. Громкоголосые, широкоплечие парни были одеты кто во что горазд. А некоторые и вовсе щеголяли с голыми торсами. В левом ухе у одного из них, блондина с золотистыми глазами, блестела медная серьга. Двое, вместо шляпы, использовали повязаные на голову платки. А уж как они говорили... Матросы просто соревновались между собою в сквенословии. Скучать Сацуки было некогда, она рассматривала бриг. Двухмачтовое судно стояло со спущеными парусами, но девушке оно и без них казалось безумно красивым. Смущал только размер. В книгах из домашней библиотеки корабли изображались куда больше. Не верилось, что на таком крохотном деревянном островке несколько десятков людей могут жить неделями, даже месяцами.

- Момои? - рядом с девушкой остановился её дядя. - Что ты тут делаешь?

- Я... я... я поплыву с тобой! Потом всё объясню, - выпалила Сацуки, кидаясь к дяде с объятиями. - Капитан Касуга уже опредилил меня юнгой на этот бриг.

- Послушай, в море придётся туго. Если нападут, то будет сложно уйти, да и отбиься не легко. У них всего десять пушек. - Оповестил Момои дядя, прижимая к себе и гладя по розовым гладким волосам. - Идём, прихвати корзину. - попросил мужчина, направляясь к "Бирэкету"

Сацуки радостно подхватила корзину и пошла за ним. Девушку несколько удивило, откуда её дядя так хорошо разбирается в кораблях. Взгляд его изменился, он стал настороженным и даже на фоне матросов мужчина выглядел довольно зловеще. Дядя очень сильно преобразился, его практически невозможно было узнать.

- Это наш... наша... короче, член команды - Момои Сацуки, - представил девушку мужчина, забираясь в шлюпку.

- Хех, пусть она сядет на вёсла. Посмотрим, как же эта хрупкая девушка справится, - фыркнул кто-то. Момои сразу узнала его голос. - Притомился я сегодня.

- Нет, Аомине! - да, это был именно он. Этот проклятый смуглокожий знакомый Мариамы. Видимо, дядя уже пользуется среди команды авторитетом. - Она поступает ко мне на камбуз.

Несколько позже, Момои поняла, ты можешь быть кем угодно, но для флота ладони требуются совершенно особенные. И приобрести их можно лишь наращивая мозоли на мозолях от вёсел, от канатов, от драинья палубы, от штопки парусов, от всего, что и составляет флотскую жизнь. Но дядя собирался уберечь Сацуки от всего этого.

- Ты прям, как капитан плывёшь, - подначивал девушку по пути Дайки. Он вёл себя так, как будто и не было событий, произошедших ночью. - Сидишь себе, на коленях корзина со вкуснятиной. Это ты себе в дорогу припасла юнга? Правильно, не солонину ж тебе жрать вместе с остальной братвой!

Матросы хрипло загоготали, и девушке стало неуютно. Она собралась было что-нибудь ответить, но дядя погладил её по голове.

- Тише, успокойся. Аомине, помолчи! Это нашей Александре Гарсии. Её укачало, и ей очень плохо. Она требует хотя бы сухопутной еды, да побольше. Морская болезнь, что поделаешь.

В ответ снова раздался хохот. Из дальнейшего разговора Момои уяснила только, что на "Бирэкете" есть пассажиры, в том числе жена господина Касуги. На эту леди не известная Сацуки морская болезнь оказывала удивительное действие, выражавшееся в чудовищном аппетите. Всего через пару дней, Момои поняла причину смеха, когда сама не смогла проглотить даже куска сухаря и ходила по палубе шатаясь словно пьяная. Ей многое, очень многое предстояло понять. Оказавшись на палубе, Момои снова удивилась размерам корабля. До противоположного борта было всего несколько шагов. Ещё её поразили мачты, она думала, что это просто обтёсанные стволы деревьев, которые поставили стоймя и укрепили такелажем, но мачты оказались обшиты толстыми брусками и скреплены железными обручами, словно бочки. Больше Сацуки ничего рассмотреть не успела, потому что почувствовала несильный тычок в спину, развернувшись девушка встретилась взглядами с Дайки.

- Привет, госпожа Йошинтака.

- Я не Йошинтака, я - Сацуки! - фыркнула Момои.

- Как пожелаешь. Но, всё-таки, не стой столбом. Видишь корму?- Аомине указал ей пальцем. - Отнеси снедь Алекс, да не забудь постучать.

Сацуки ничего не оставалось, как послушаться и направиться к кормовой надстройке. Девушка прикинула, что надо бы заодно и к себе в каюту заглянуть. Наивная, Момои полагала, что будет жить в каюте. На встречу ей попался то самый блондин с серёжкой. Оказывается он был одногодкой девушки, и Момои спросила у него, где найти госпожу Гарсию. Вместо ответа блондин,воровато оглянувшись, сложил руки на груди и смерил девушку надменным, каким показалось, взглядом.

- Ты кто такая?

- Момои. Меня взяли юнгой.

-Вот оно что! - парень снова быстро оглянулся. - И сколько тебе лет?

- Семнадцать.

- Мне тоже, но я раньше тебя попал на "Бирэкет", а значит я - старший. Поняла? И ещё, - он подошёл в упор и вдруг на секунду показал мне нож, который ловко прятал в рукаве, - никогда не связывайся с Акаши. будь я проклят, если не я теперь твой начальник.

Что тут было делать? Момои аккуратно поставила корзину на палубу и вытащила из-за пазухи свой нож, который ранее получила от дяди. Он был раза в полтора длиннее, чем у нахала. Парень тут же отпрыгнул и пригнулся, готовый к драке.

- Не знаю, кто такой Акаши, но нож у меня как видишь тоже есть, - как можно спокойней сказала Сацуки. - Капитан приказал мне слушать кока и, значит, мой начальник - он. Так меня зовут, Момои Сацуки. А тебя?

- Кисе Рёта, - блондин понял, что девушка не нападёт и выпрямился. - А ты девица с норовом. Хороший нож. Только лучше спрячь, пока боцман или кто-нибудь ещё не увидел. Могут отобрать. Лучше, знаешь что, сыграем потом на него в кости. Я поставлю свой и ещё хорошие сапоги, идёт?

Момои хотела отказаться, но тут распахнулась дверь и из кормовой надстройки вышел высокий и широкоплечий гигант с длинными фиолетовыми волосами. Он посмотрел на меня.

- Ещё одна девушка на корабле, как надоело, - скучающим и протяжным голосом протянул , как показалось мужчина. Затем от Кисе Момои узнала, что ему тоже семнадцать. Вслед за ним вышел красивый парень с кроваво-красными волосами. Сацуки заметила, что глаза у него разного цвета: один красный, под стать волосам, а другой - светло-оранжевый, почти жёлтый.

- О, пища для больной Алекс, - фыркнул он, едва не споткнувшись о корзину с едой. - Зелень, овощи и окорок, речная рыба. Чего стоите, несите это всё Гарсии.

Незнакомец говорил надменным скучающим тоном и будто бы смотрел свысока, хоть и был одногодкой Момои. Девушка поздоровалась и представилась. В ответ парень изобразил что-то наподобии улыбки, но она получилась безумной и такой кровожадной, что Сацуки хотела убежать от него, но сдержалась.

- Что ж, юнга, зови меня Акаши Сейджуро. Дай мне нож, который ты так непринуждённо держишь в руке, будто собираешься вспороть мне живот.

Кисе усиленно замотал головой, видимо это и был тот самый Акаши, с которым блондин просил Момои не связываться. Сейджуро одарил парня таким взглядом будто сейчас накинется и убьёт. Рёта вжался в стенку и виновато склонил голову. Красноволосый удовлетворённо хмыкнул. Сацуки нехотя протянула разноглазому нож. Сей взял нож и прикрыл глаза. Рёта вновь встрепенулся и тихонько пихнул девушку вбок и неловко улыбнулся, прошептав:

- Нож видел немало, - разноглазый с бесчувственной улыбкой вернул холодное оружие Сацуки. Момои благодарно улыбнулась, чем-то этот неприметный юноша очен понравился ей. - Ты умеешь с ним обращаться? - обратился к Сацуки Куроко.

- С ножом? Да что тут уметь? Можно нарезать, а можно колоть, - выпалила Момои, недоумённо посмотрев на нож.

- Плавание нам предстоит долгое, может быть я научу тебе кое-чему, - Акаши крикнул. - Ацуши, пошли! - прошёл мимо нас, фиолетововолосый гигант поплёлся вслед за ним, жуя что-то. - Где капитан? Ветер уже меняется, я не собираюсь вечно торчать в этой речушке! Я сейчас сам возьму на себя управление кораблём, если этот идиот Ивамура не явится через секудну!

- Он всегда такой этот Акаши. Бывший пират, все его боятся, кроме четырёх человек. Ацуши всегда слушает лишь Сея и только и делает, что ест да ходит за ним по пятам. Акаши мне не нравится. Пират, он и есть - пират, - подал голос Кисе, о котором Сацуки успела забыть.

Девушка посмотрела на своего нового друга и увидела, что он смотрит мимо неё и мило улыбается. Момои обернулась и увидела трёх девчонок, её ровесниц. Они шли к ним по палубе напрямик не глядя по сторонам так, что многим пришлось посторониться. При этом одна из них нахально рассматривала Сацуки.

- Хикари, Фуукацуми, Рико! Это Момои, - закричал Кисе, тыча в подругу пальцем. - Новый член команды. Она будет спать с Хикари в одном гамаке, лишнего-то нет. Момои, это Хикари Куроко, - Рёта указал на разноглазую девушку, рассматривающую Сацуки, - моя девушка и сестра Акаши. Они с братом очень разные, поэтому Хикари не вызывает у меня неприязни, как Сей. А это - Фуукацуми, - Кисе указал на чёрноволосую смуглянку, - сестра Аомине и девушка Акаши. Далее у нас Рико, - Момои посмотрела на весёлую девчушку. Её волосы были цвета молочного шоколада, - очень скрытная, поэтому о ней практически ничего не известно.

- Поздравляю, - хмыкнула разноглазая девушка с красными волосами, подойдя и встав рядом с Кисе. Всем видом показывая, что территория занята.

- Это еда для Алекс? - спросила смуглая девушка.

- Да, - ответила Момои. Сацуки спохватившись подняла корзину. - Я должна отнести.

- Я отнесу, - вышла вперёд Рико и с неожиданной ловкостью выхватила у Сацуки снедь. - Гарсия соскучилась, наверное, не на кого покричать, чертовка собирается играть больную всё плавание.

Поправив выбившийся из-за уха локон, Айда оглянулась на своих подруг в дверях и скрылась, спросив:

- Ну, девочки, вы идёте?

Хикари с Фуукацуми вслед за ней нырнули в дверной проём. Кисе не замедлил с рассказом о них.

- Они единственные, не считая тебя и Алекс, девушки на корабле. Рико - главная среди них. Хоть и кажется слабой, но однажды она повздорила с Акаши и он больше не нарывается на неё и пытается обходить стороной. Девушки, конечно, не слушаются её, а просто ходят вместе с Айдо. Для них это слишком унизительно, преклоняться перед кем-то. И Хикари, и Фуукацуми - бывшие пиратки. У них у обеих были собственные корабли, а сейчас - нет. Акаши с Аомине еле уговорили их прислуживать на этом корабле. - Кисе отодвинулся. - Здесь скучновато, тесновато, но мы же все вместе, через океан плывём. Тут мы одна семья.

Момои поняла, что не от хорошей жизни Кисе подался в юнги. и про себя решила всё сколько-нибудь ценное всегда носить при себе, а пока не присмотрюсь к команде. Ещё девушка поняла, что Рёта по-настоящему любит Хикари. Момои даже хотела сказать, что Кисе дурак и вообще его подразнить, но не успела. Не успела, потому что на палубу выпорхнул голубоволосый ангел. Как ещё описать первое впечатление Момои от Куроко Тецу. Голубые волосы развевались на ветру, глаза были небесного цвета, такого нежного и глубокого. Фигура была хрупкой, нежной и такой непорочной, как цветок. Пусть Сацуки выросла в знатной семье, но даже там она никогда не встречала такой красоты. Тецу удивлённо посмотрел на девушку.

- Эй, ты куда смотришь? - вывел её из забытия голос Кисе.

- А ты разве не видишь голубоволосого парня, Рёта?

- Блин, как всегда, ты появляешься из ниоткуда Тецу. Я заметить не успеваю! - запричитал блондин. Куроко снисходительно улыбнулся и обратился к Сацуки.

- Ты очень зоркая и внимательная, раз так быстро заметила меня, - голос его был под стать телосложению: тихий и мягкий. Вроде бы, совсем недавно Момои клятвенно обещала себе не верить представителям сильного пола, но этот голос согревал и вводил в заблуждение. Его обладателю хотелось доверять. Сам Тецу уже прошёл мимо Момои и обращался к кареглазому мужчине. - Капитан Ивамура! Когда мы отправимся?

Ответа Сацуки не расслышала, потому что на палубу вышла Хикари и быстрым шагом подошла к парнишке. Момои направилась к ним, но разноглазая девушка улыбнулась и что-то сказала голубоглазому. Тецу кивнул и скрылся в кормовой.

- Куроко не должен ни на шаг не отходить от Гарсии, что бы в любой момент вызвать врача, - будто из далека донёсся до Сацуки голос Рёты. - Тоже бывший пират, но по нему и не скажешь. Совсем не похож на этих морских разбойников. Слишком тихий и мирный. Шлюпка с капитаном... Надо убираться с палубы. Он не любит, когда юнги отдыхают. Хикари, проводи Момои к себе! - крикнул Кисе и, попрощавшись, ушёл.

Разноглазая поманила Сацуки, чтобы она шла за ней. Они спустились в трюм. Если бы Хикари не поддержала Момои на последних ступеньках, девушка свалилась бы с лестницы. Так повлиял на неё появление Куроко Тецу. Произведённый ими шум, кого-то потревожил. В темноте раздалась ругань, которая разбудила ещё двоих или троих. Хикари потащила Сацуки куда-то в темноте и девушка ушибла колено о ящик.

- Вот тут, за сукном, наш гамак. Тесно, но больше спать негде. Правда, если волнение не сильное и на полу местечко найти. Но, по-честному, лучше будет разыграть в кости или в карты: кому спать в гамаке, а кому - на досках. Правильно я говорю? - разноглазка шептала Момои в ухо, что-то объясняла, но в это темноте Сацуки видела только лицо Тецу. Большие, широко распахнутые небесно-голубые глаза, немного изогнутые брови, кончик носа чуть-чуть вздёрнут. - Не стой, садись! - снова услышала Момои шёпот Хикари. - Я тебе всё расскажу. Свечи тратить днём запрещено, а у нас в углу темно за ящиками. А так бы в кости сыграли. Я везучая, но ты не бойся.

- Куда они плывут? - спросила Сацуки, когда дар речи вернулся к ней.

- В Англию. Гарсия родилась там и гордится этим страшно. Индейка надутая! Но... Касуга и правда крутой.

Сверху раздались крики. Момои узнала голос Ивамуры и поняла, что он приказывает подготовиться к отплытию немедленно. Тем лучше. Сацуки хотелось побыстрее отправиться подальше от родных краёв. Туда, где о её "преступлении" не будет знать ни кто. Хотелось выйти на палубу, взглянуть на берег в последний раз. Но Момои боялась, что по берегу ходят люди властей и ищут её.Вдруг в трюм кто-то заглянул.

- А где мои обезьяны, ребята? У меня их теперь две и обе, кажется напрашиваются на вертел.

- Мы здесь, старый кок. Я лишь показала новенькой, где она будет спать, - Хикари лениво встала и подтолкнула Сацуки к лестнице. - Идём, если зовёт кок, надо идти. Работа на камбузе единственная радость юнге. Уж ты мне поверь.

Проходя по тёмному трюму, в котором Момои до сих пор ничего не могла рассмотреть, девушка сильно ударилась головой о какую-то балку. Вот с этого удар, можно сказать, и началось её путешествие. Якорь ещё не был поднят, а Сацуки уже успела завести себе друзей, бывших пиратов, и влюбиться. Момои выкинула всё из головы и занялась исполнением своих прямых обязанностей, то есть делала, что приказано и не жаловалась ни на что.

Упс, в меня вторглись - Hikаri - Понедельник, 17.11.2014, 18:35

Завсегдатай
Дата: Понедельник, 17.11.2014, 23:21 | Сообщение #8
интересно и захватывающи))
HikаriOffline
Отшлёпанный
Дата: Вторник, 18.11.2014, 05:23 | Сообщение #9
♚Цукиёми♚, Спасибо, дочурка)
HikаriOffline
Отшлёпанный
Дата: Четверг, 27.11.2014, 20:39 | Сообщение #10


Паруса и пушки


Итак, Момои стала юнгой. Ничего особо примечательного в этом факте нет так же, как и в том, что их бриг, счастливо миновав туманы и мели, вышел в океан. Сацуки также, как и Мидориме, зеленоволосому пареню, с которым девушка познакомилась позже, и ещё некоторым новичкам, пришлось пережить так называемое крещение. Боцман, Папа Мумбаисик, вырядился дикарём, измазал лицо сажей и сел возле гротмачты, а подростки должны были кланяться ему, подносить всякие возможные дары из тех пустяков, что у них имелись. А в конце церемонии прыгнуть в воду с верхней реи. Даже капитан Ивамура не возражал против этого обычая, а уж как веселились пассажиры. Гарсия хохотала до упаду, на время оставив в покоях Рико. Рядом с ней стоял Тецу. Воспользовавшись случаем, Хикари весь день проторчала в камбузе у дяди Момои, который, как ни странно, не принимал участия в ритуале. Позже Сацуки узнала, что он не в первый раз отправляется в плавание на этом корабле в роли кока. Здесь его называют - Попутчик. Так же Момои удивилась поведению Хикари. Почему она проводит всё время у Попутчика? Создавалось впечатление, что старый кок не просто привязан к этой разноглазой, но и уважает её, будто хорошую, старую знакомую. О, как много предстоит Сацуки узнать о своём дяде.

Момои с Мидоримой, конечно, были одними из главных действующих лиц. По вантам к тому дню Сацуки уже пришлось полазать достаточно, но спрыгнуть с высоты - совсем другое дело. Кроме того, Момои совершенно не умела плавать. Выручил Акаши, который то казался девушке негодяем, то, наоборот, славным и добрым человеком. Сейджуро, скучавший на корабле, всегда болтал с матросами и уделял юнгам мало внимания. Это он объяснил Сацуки, как спрыгнуть так, чтобы не удариться о воду всем телом, и показал, как нужно двигаться в воде. И всё равно Момои с Мидоримой едва не опозорились. Сперва Шинтаро вцепился в рею, боялся спрыгнуть так что девушке пришлось его столкнуть, а потом Сацуки так растерялась, оказавшись за бортом, что без парня могла просто утонуть от страха. После этого представления Касуга взялся развлекать публику дальше, он вынес на палубу своё ружьё с длинным стволом и, набрав прямо в рот пуль, несколько раз выстрелил в птиц, ни разу не промахнувшись. Не только Сацуки, но и бывалые люди из команды были потрясены тем, как ловко этот человек умеет перезаряжать ружьё. Пока матросы рассматривали удивительно ружьё сделанное, по словам Касуги, на лучших в мире заводах, Момои обратилась с расспросами к Хикари, которая к тому времени уже вышла из камбуза. Раньше у Сацуки просто не было времени. Они, пользуясь редкими для них минутами, валялись на нагретых солнцем досках палубы: Момои - сушилась, а Хикари - загорала.

- Слушай, Хикари, расскажи о команде, - попросила Момои, посмотрев в сторону разноглазой.

- О ком именно? - вздохнула Хикари.

- Ну... о Кисе, Медориме, Ацуши. О них я ничего толком не знаю.

- Кисе... часто изображает из себя идиота, но в моменты опасности на него можно положиться. Ему можно доверять, рассказывать любые секреты. Рёта никому не расскажет. Не строил бы из себя слабака, был бы идеальным парнем. Но сейчас мне приходится отучать блондина от его заморочек и вредных привычек. Мидорима, странный тип. Ни с кем не общается, таскает с собой разные вещи, твердя, что это его талисманы. Каждый день у него новая вещь, приносящая ему удачу и благополучие. Кисе пытался с ним подружиться, но не вышло. Шин ни с кем не желает общаться. Ацуши, Цепной Пёс моего брата. Выполняет все его приказы и практически всегда ходит за ним по пятам. Его всё раздражает. Мурасакибара говорит, что ненавидит море. Но всегда присутствует на корабле и никогда не сходит на сушу, даже если Сей уходит с корабля помогать команде. - Без замедления выдала красноволосая.

- А Куроко и Аомине? - поинтересовалась Сацуки.

- Куроко - милый, добрый парень. Знакома с ним давно, но никак не могу узнать его получше. Мне известно только, что он был пиратом. Хотя Тецу такой тихий, слабый и неприметный. Кажется, что если парень запнётся и упадёт, то обязательно разобьётся. Аомине - полная противоположность Куроко. Но при этом эти двое очень хорошие друзья. Их водой не разольёшь. - Хикари ещё долго говорила про эту парочку и остальную команду, но Момои уже не слушала. Девушка думала о Тецу, который не шёл у неё из головы. - Эй, ты меня слушаешь? - обратилась разноглазая к, замершей и смотрящей в никуда, Сацуки. Розововолосая покачала головой.

- Эй, ну чего вы тут разлеглись? - раздался звонкий голос Фуукацуми. Момои с Хикари так и подскочили. Негодная Дайки подошла к ним даже не предупредив.

- Что за собрание? - к девушкам подошёл, не спеша раскуривая трубку, Попутчик.

- Бог ты мой, ты напился, - фыркнула Хикари. - Мне казалось, ты не ладишь с боцманом.

- Не лажу, - согласился дядя Момои. - Но он-то мечтает со мной поладить. А чего ж не распить кое-что из его подарков, если боцман угощает. Тем более, что капитан снова пьян.

- Этот капитан напрашивается на неприятности, - вдруг резко прозвучал сзади них голос Акаши и чавканье Ацуши.

- Я не доверил бы ему и шлюпку, - добавил Тецу, который появился из ниоткуда прямо перед лицом Момои. Сацуки переглянулась с Фуукацуми. Вообще этот паренёк был немного странным. Розовоглазая уже стала сомневаться в слабости и хрупкости Куроко. Осуждать капитана не решался даже Попутчик.

- Не знаю, - пробормотал кок, облокотившись на фальшборт. - Не знаю. Сдаётся мне, он совершенно напрасно так поглядывает на госпожу Александру Гарсию.

- Она тоже та ещё штучка, - мгновенно отреагировал Тецу. Видимо он решил показать свою пиратскую нахальную и дерзкую сторону. - И вовсе не такая уж красавица. Верно, Кисе?
- спросил он подошедшего Рёту. И как только Куроко его заметил? Кисе подошёл очень тихо и незаметно.

То, что блондин встречается с Хикари знали все. И конечно же разноглазой это нравилось.

- По-моему, леди Гарсия, вполне привлекательна, - не дал ответить Кисе Акаши.

- Вот как? - фыркнули три девушки, и Куроко одарил Сея недобрым взглядом.

- Это Алекс выходит красавица? - подошла к Сейджуро вплотную Фуукацуми.

- Не совсем. Ты красивее, - закрыл глаза Акаши и прижал к себе, надувшую губки, Дайки.

Вскоре Фуукацуми с Сейджуро и Ацуши ушли за бак, Куроко, как и Хикари, исчез. Видимо Тецу отправился дальше приглядывать за Гарсией. Кок, неодобрительно покачивая головой, Сказал племяннице:

- Момои, так, на всякий пожарный. Не обижай Хикари. Она мне, как внучка. - Кок хмыкнул и начал курить трубку.

Сацуки не понимала смысла этого обычая, но многие матросы занимались выпусканием дыма изо рта. Это стало модой. Некоторые даже начали курить уже во время плавания и, хотя это давалось им не легко, терпеливо переживали приступы кашля.

- Дядя, а ты знал Хикари раньше? - спросила Сацуки у Попутчика. - Ты с ней так быстро подружился. Она частенько сидит у тебя.

- Нет, что ты! Она - пиратка, а я никогда не знавал пиратов. Откуда мне её знать? - старик потряс хмельной головой и сменил тему разговора. - Хватит валятся на солнышке, обезьянки! Вы тут не пассажиры, праздник кончился. Марш на камбуз! Пора делить сухари для команды.

Сухари, солонина да немного, медленно гниющей в бочках, воды. Вот и весь их рацион. Момои, выросшей в поместье, поначалу приходилось не сладко. Обнадёживали только рассказы о Южных Островах. Там, по словам бывалых, всего было в изобилии, особенно тропических фруктов. Капитан, его помощник и пассажиры жили по-лучше команды. Попутчик каждое утро подавал им к столу яйца от четырёх корабельных кур. А для мадам Алекс козьего молока, как распорядился капитан Ивамура. Само собой Касугу такое отношение к его жене злило, но капитан лишь потешался, продолжая оказывать Гарсии знаки внимания. На корабле англичанин был бессилен, хотя порой Момои казалось, что до срыва не далеко. Вообще Касуга отличался ревнивостью. Он не отпускал Александру от себя ни на шаг. Впрочем, когда ей хотелось поболтать с Куроко, Касуга запросто мог оставить их. Сацуки это немного злило.

Между тем англичанке нравилось проводить с Тецу время. У юнги много забот, но в свободные минуты Сацуки тоже забегала к Гарсии. И они втроём - Куроко, Момои и Алекс - много говорили. Розовоглазая не знала, как к этому относиться. Порой ей казалось, что Тецу понравился Гарсии. Порой, что её забавляет его хрупкое телосложение. Как-то раз, примерно через неделю, после крещения новичков. Она решила вновь посмеяться над Куроко. Тогда Тецу, чуть заметно улыбнулся, и в его небесно-голубых глазах запрыгали чёртики. Голубоволосый извинился и вышел.

Через минуту дверь в каюту открылась и влетел апельсин. Возможно зрение обманывало представителей женского пола, но очень хорошо видели летающий апельсин. Хотя вскоре Момои заметила, несущего фрукт Тецу, который знаками попросил её молчать. Гарсия ни в какую не хотела, да и не могла, заметить Куроко. Её взгляд был прикован к "китайскому яблоку" парящему в воздухе. Продолжалось это около двух-трёх минут, затем по каюте разнёсся вкрадчивый голос Тецу.

- Вы будете апельсин? - Гарсия вздрогнула и увидела хрупкого парнишку, которого, по её мнению, секунду назад тут не было. От неожиданности женщина завизжала и упала в обморок. - Полагаю, что нет. - Апельсин перекочевал в руки тихонько посмеивающейся Момои. - Держи. И почему не ты являешься главной пассажиркой, а она? - как бы невзначай спросил Тецу. Момои закашлялась, подавившись соком апельсина. - Не делай такое лицо, Момо. Не обращай внимания на мои фразы.

"И всё же за каждым словом хоть что-нибудь да стоит" - учила Сацуки мать.

После этого случая Момо и Куроко общались всё чаще, а Гарсия перестала подшучивать над Тецу. Ветер им благоприятствовал, и работы было немного. Ревность Касуги на голубоглазого похоже не распространялась, лишь иногда он подходил к "святой троице", брался за шляпу или за серёжку жены пальцами и на минуту прикрывал глаза. Эту странную манеру англичанин, которую он перенял от Акаши, давно подметили все, и многие в команде считали его колдуном, а вот Сея так не называли, ведь он редко так делал.
Потом Касуга уходил и Тецу с Момои снова слушали рассказы Гарсии об Англии. Иногда англичанину становилось совсем скучно, тогда он возвращался к ним. В шутку Касуга даже бился с Момои и Тецу на мечах, играя как кот с мышатами. А иногда устраивал поединки между Куроко и Сацуки, подключая так же Кисе и Хикари с Фуукацуми и Рико.

Постепенно англичанин увлёкся и стал давать ребятам настоящие уроки. Меч на бриге имелся лишь один, но Касуга брал у боцмана Омуро абордажные сабли: тяжёлые, страшные, даже на вид, орудия убийства. Не обошлось и без урока стрельбы, хотя порох, по словам англичанина делавшийся всё в том же заводе, "учитель" очень берёг. Конечно, хорошо стрелять они не научились, но по крайней мере Момои знала, что в бою не растеряется.

- На месте капитана я бы устроил учения для всей команды, - сказал как-то раз кок, когда Кисе, Момо и Хикари прибирались на его камбузе. - Но Ивамура из королевского флота привык иметь на борту солдат и никогда не ходил в Англию.

- А ещё слишком занят поисками истины на дне стакана, - не удержалась Сацуки. - Дядя, как так вышло, что хозяева брига доверили его такому человеку, как Ивамура?

- Почём мне знать? Другое дело, что такому человеку, как наш капитан мы все доверили свои души на время этого плавания. И ты тоже. Как, так вышло, Момои Сацуки?

Девушка не нашлась, что ответить. Дни шли за днями, и "Бирэкет" приближался к Англии. Сацуки слышала, как бывалые матросы удивлялись. Они шли необычайно быстро, погода стояла хорошая и ветер, почти всегда, дул им в корму. Ивамура уже обещал лишний стакан джина тому, кто первый увидит землю. Хотя, его помощник - неразговорчивый и неуклюжий мистер Хироси - скептически качал головою. Команда больше верила Фукуде. Говорили, что этот чудак способен определить положение корабля в море с помощью одного лишь арбалета и песочных часов. Надо сказать, что других часов на "Бриэкете" не было. Никакой механизм не выдержит постоянной качки, да и не придумали таких часов, что бы были точнее песочных. главное, чтобы вахтерный матрос не забывал их переворачивать.

Как-то раз Касуга в очередной раз изнывая от скуки заглянул на камбуз, где Момои с Кисе и Хикари помогали Попутчику. На глаза американцу попался любимый нож кока: крупный, с хищно изогнутым лезвием. Конечно, господин Касуга схватил его и, прикрыв глаза, замолчал. Трое подростков переглянулись и негромко захихикали, но Попутчику этот фокус совершенно не понравился.

- Мистер Касуга, будьте так любезны отдать мне нож. Я собираюсь резать солонину, - не слишком почтительным тоном обратился к нему кок. - Да и вообще, в моём камбузе стало тесновато.

- Держи, - англичанин сверкнул своими ослепительно-белыми зубами. - Славный нож. Наверное, он потому такой острый, что на его острие закончило свою жизнь немало потомков Адама и Евы, а? Сдаётся мне, нож побывал с тобой в драке с непобедимой армадой. Надо признать, ты неплохо сохранился для своих преклонных лет.

- Никак нет, господин Касуга, - старик, сбавив тон, забрал нож и тут же спрятал его подальше. - Этот нож достался мне от друга. Заблудшая душа. Мне жаль, но говорят,что он был пиратом.

- Вот как?! Ха-ха-ха-ха! Твой друг был пиратом? Но вероятно теперь он горит в Аду. Главное, не рассказывать об этом пьянчуге Ивамуре. Я не раз от него слышал, что всех, кроме очень молодых, пиратов следует вешать, а не судить. А вы, какого мнения детишки? согласны, что разбой в море хуже, чем разбой на земле?

- Не стоит нам болтать о пиратах, - вмешался Попутчик, прежде, чем Хикари успела ответить. - Мы находимся в тех морях, где пиратов встретить проще, чем торговцев. Да и разница, между теми и другими, не всегда заметна. Если угодно поговорить, поговорите лучше о чём-нибудь другом.

- Как знаешь, - беспечно отозвался Касуга и вышел из камбуза, но тут же с улыбкой взглянул обратно. - Не знаю, мы накликали или кто другой, но я вижу парус.

Подростки кубарем выкатились на палубу. Плыть неделями, не видя вокруг ничего,кроме водной глади, и вдруг заметить парус... И отчего молчит смотровой?! Всё тут же стало понятно, матрос во все глаза смотрел вперёд, надеясь заметить землю и получить от капитана выпивку, а неизвестный корабль появился сзади.

- Пираты! - крикнул, вышедший вслед за ними Попутчик. - Ребята, будите капитана. У нас, кажется, неприятности.

Тогда пираты осаждали Англию со всех сторон. И плавать туда было опасно. Воды были полностью порабощены морскими разбойниками. Матросы говорили, что, встретив в море одинокий корабль, пираты ни за что не оставят его в покое. Момои с Кисе (Хикари убежала к Тецу), переглянувшись, полезли на мачту. Хотелось рассмотреть врага получше.

- И правда, пираты ,- Касуга, стряхнув с себя скуку, ловко вскарабкался на рею вслед за ними. - Большой, трёхмачтовый и пушек, наверное, не меньше сорока. Подать вам руку леди? Вслед за нами по вантам лезла Хикари, которая уже привела остальных своих знакомых: Куроко, Рико, Акаши, Ацуши, Мидориму, Фуукацуми и Аомине. Руку англичанина она проигнорировала и устроилась между Момо и Кисе. Сацуки была просто поражена такой наглостью. Хотя, казалось, она уже привыкла к поведению Хикари. Но карабкаться на мачту в платье, это было просто неприлично. (Сама Момо была в том самом зелёном костюме, в котором сражалась с Мариамой.) Однако, Хикари, приложив руку к глазам, спокойно разглядывала, идущее за ними судно. Будто делала так каждый день.

- Вижу две пушки на баке, - сказала она. - Прислуга суетится. Думаю, будут стрелять.

- Стрелять? - до Сацуки только теперь стало доходить вся серьёзность ситуации. Она тоже видела крохотные, будто муравьи, фигурки людей на палубе пиратского корабля. - Но за что в нас стрелять?

- Ни "за что", а "зачем". - Фыркнула Хикари. - Чтобы мы остановились, зачем же ещё! На таком расстоянии и стрелять больше не зачем.

- Они нас догонят, - уверенно сказал Касуга, беспечно болтая в воздухе ногами. - Три мачты и больше парусов, а ветер попутный. Пары часов не пройдёт, как догонят.

Внизу послышался пьяный голос капитана. Трём подросткам пришлось спуститься вниз к остальным. Ивамура всерьёз готовился к бою. Нужно было обежать весь бриг, убрать и закрепить всё, что могло помешать. Команда подняла дополнительные паруса, но, насколько Момои могла судить, это слабо помогало. Преследующие их пираты были быстроходнее. Когда с приготовлениями было покончено и капитан потребовал себе очередной стаканчик, почти вся команда собралась на корме. Все пассажиры, кроме Алекс конечно, тоже были там.

- Достанет нас, - уверенно говорил ухмыляющийся Аомине. - Как пить дать, достанет. Якорь мне в глотку, если наше судно доплывёт до берега.

- Наш капитан - идиот! - вдруг чётко и твёрдо сказал Куроко. Которого, как всегда, никто, кроме Момои, сначала не заметил. Все удивлённо посмотрели на него. - Чего смотрите? Если бы вы хотели удрать от них, то не шли бы по ветру, а легли бы в бейдевинд. У нас много косых парусов, управлять бригом проще. Этот фрегат ни за что не смог бы к нам приблизиться.

Кто-то из молодых матросов засмеялся, но Аомине, покачав головой, промолчал. Смех оборвался, и Сацуки поняла, что Куроко сказал вовсе не глупость. Тем не менее, ей не понравилось, что в такой момент никто его не одёрнул. Всё же назвать капитана "идиотом" это уже чересчур. Как бы девушка сама к Ивамуре не относилась.

- Каптан надеется, что в темноте они нас потеряют. - Осторожно сказал кок. - Он - старый моряк, Тецу, и кое-что понимает. Нам нужно продержаться часа четыре.

- У нас нет и часа, - выкрикнул паренёк. И будто в подтверждение его слов нос, преследующего их корабля, покрылся дымом.

- Россыпью! - крикнул Попутчик и, ухватив Хикари поперёк живота словно котёнка, первым побежал с кормы. - Ядра летят!

Момои рванулась было за ним, но уткнулась в живот Омуры, который удивлённо проводил кока взглядом.

- Не видел, что бы старина кок так волновался, - растерянно сказал он. - Первый выстрел, да на таком расстоянии, совсем он помешался на этой Хикари.

Два фонтана воды взметнулись где-то в пяти метрах за кормой, а потом до них долетел и звук залпа. Сацуки стало немного не по себе.

- А вот теперь я никому не советовал бы ходить в сторону бушприта, - Аомине оскалился. - Они попробуют взять на свилку и задерут стволы повыше. Но, в любом случаи, ребята это так, шалости. Чтоб не скучать. Веселье начнётся, когда они подойдут ближе. А нам и ответить-то нечем. Все пушки по бортам. Или удирать, или стрелять.

- Так надо перетащить сюда, хотя бы две, и ответить! - Хикари растрёпанная и злая прибежала обратно. - Чёртов Попутчик! Я скормлю тебя акулам, если ты ещё раз так сделаешь, старый трус!

- Хикари, тебе не место на палубе в такое время, - оправдывался кок, вернувшийся вслед за ней.

Постепенно на корме снова собралась толпа. Капитан Ивамура, поднявшись на надстройку, в подзорную трубу разглядывал пиратский корабль. Он заметно покачивался, в другое время Момо бы рассмеялась. Снова показался дым, но на этот раз никто не испугался. Аомине оказался совершенно прав, теперь ядра перелетели их и ударились об воду впереди по курсу.

- Фукуда! - услышала Сацуки нетрезвый голос капитана. - Прикажите раздать команде оружие из арсенала. Будь я проклят, если подчинюсь этим разбойникам!

- Ну, хоть в чём-то он ещё мужчина, - процедила сквозь зубы Хикари.

- Вот только в море всё решают пушки, а не пистолеты, - добавил Акаши, молчавший до этого момента.

- Лучше бы вам всё же помолчать, - сказала Фуукацуми, а, получив в ответ злой взгляд сестры с братом, добавила, - пока лучше помолчать.

Пираты выстрелили в третий раз. И снова ядра перелетели "Бриэкет". Боцман приказал всем убраться с кормы. И вся компания подростков, не считая Хикари, устроилась в тесном камбузе. Здесь под какой никакой крышей возникало обманчивое ощущение безопасности. Прямо перед нами на палубе расположился Касуга. Англичанин, склонный к позёрству, вынес из каюты стул. И теперь преспокойно сидел на нём с ружьём в руках и мечом на поясе. Матросы вооружились и даже нам, юнгам, боцман выдал по сабле.

- Если что случиться, вперёд не лезьте, - учил кок. - Толку от вас всё-равно немного. Но и ни шагу назад. Сзади, сами понимаете, только море.

- И что ты ухмыляешься, Момо? - спросил девушки Тецу.

- Странно как-то, - ответила девушка. - Вот он, враг-то. Стреляет по нам, но и попасть не может. А мы, вроде как, удираем, но собираемся драться. Странно всё.

- Ты не переживай, всё случится куда быстрее, чем ты думаешь. Хотя, на месте нашего капитана, я бы спустил паруса и вступил в переговоры, воспользовавшись правилами Пиратского Кодекса. Эх, не в нашу пользу расклад. - проворчал Акаши.

- А ты, значит, согласен драться только, когда козыри у тебя? - весело крикнул им с палубы Касуга. - Как ни стыдно, Сей!

- Никто не тронет ни команду, ни пассажиров, если корабль сдастся. Какой резон сопротивляться,если мы проигрываем им в пушках и в людях? - хмуро отозвался разноглазый.

- Но у меня резон простой: не хочу, что бы Гарсия досталась пиратам. - отрезал Касуга.

- Какого чёрта ты говоришь, Сей! Заткнулся и включил самого себя, живо! - прикрикнула на своего парня Фуукацуми.

После её слов, пираты выстрелили снова и, на это раз, одно из ядер легло совсем недалеко от их борта. Момои инстинктивно втянула голову в плечи. Выходило, что всё бесполезно. Пристрелявшись, враги просто уничтожат "Бриэкет" на расстоянии.

- Пугают, - успокоил её Тецу. - Им нужен наш груз и корабль. Положить пару ядер на палубу, хороший способ объяснить, кто тут главный, но не более того.

Куроко высунул голову из камбуза, прикинул расстояние до пиратского корабля, посмотрел на солнце и покачал головой. И без слов было понятно, расчёт их нетрезвого капитана - ошибочен. Времени до темноты оставалось ещё слишком много. Сацуки водила пальцем по широкому лезвию сабли и внутренне содрогалась. Спасибо Касуге, теперь подростки знали, как с этим оружием обращаться. Но представить себе, что она наносит им кому-то страшную рану, девушка просто не могла. Так, в напряжённом ожидании, прошло ещё часа полтора. Пираты отчего-то перестали стрелять. Солнце склонялось всё ниже к горизонту. У Сацуки появилась робкая надежд, что всё ещё обойдётся, когда возле камбуза снова оказалась Хикари.

- Всё, - сказала она Попутчику. - Я просто чувствую, как пираты крадут у нас ветер. Что собирается делать наш пьянчуга? Завалится спать?

- Крадёт ветер? - Момо впервые услышала это выражение.

- У них больше парусов. Они зашли нам в корму, и ветра "Бриэкет" теперь будет доставаться всё меньше, - пояснил Тецу. И, заткнув за отвороты сапог, пару камбузных ножей, вышел на палубу. Остальные поспешили за ним. Как ни странно, дядя Ммоми даже не пытался их остановить, а направился вслед за ним.

- Похоже, ты права, моя милая. - Пробормотал он. Момои ринулась к дяде и остановилась рядом.

От кормы донёсся связный рык, и все поняли, что бой примут, по сути, без капитана.

- Пушки на корму! - дрожащим голосом крикнул Фукуда.

- Быстрее, ребятки! Пора им ответить! - улыбнулась Хикари.

Рядом с ней в ряд выстроились остальные бывшие пираты - Куроко, Фуукацуми, Ацуши, Аомине и Акаши - да Момои с Рико и Кисе с Мидоримой. Все радостно улыбались, предвкушая назревающий бой.
________________________________________
Бейдевинд - такое положение корабля, когда ветер почти встречный; идти в бейдевинд - лавировать, идя против ветра.

Бушприт - дерево, выдвинутое за борт в носу судна горизонтально или под некоторым углом. Наибольший угол к горизонту доходит до 35°.
Завсегдатай
Дата: Четверг, 27.11.2014, 22:45 | Сообщение #11
Hikаri, мое ты чудо))
книга просто мимими
HikаriOffline
Отшлёпанный
Дата: Пятница, 28.11.2014, 10:52 | Сообщение #12
†Цукиёми†, Я рада, что тебе нравится)
MarcyOffline
Завсегдатай
Дата: Пятница, 28.11.2014, 13:28 | Сообщение #13
Hikаri, ]Очень хорошоя история молодец)
HikаriOffline
Отшлёпанный
Дата: Пятница, 28.11.2014, 13:57 | Сообщение #14
♛Minako♛, Спасибо
HikаriOffline
Отшлёпанный
Дата: Понедельник, 01.12.2014, 08:50 | Сообщение #15
Глава 5

Сабли и ножи


Перетащить даже одну пушку на корму — дело нелегкое, а капитан решил разместить там четыре. Помогать пришлось всем. Хорошо еще, что Попутчик сразу посоветовал лафеты не трогать.

— Целиться все равно придется на глазок! — пояснил он. — Просто подложим под стволы досок. Да и стрелять лучше по палубе, а не в ватерлинию. Если повезет, повредим им мачту или хоть такелаж испортим.

Фукуда повернул свое лицо к капитану, но тот будто и не слышал разговора. Но боцман Омура кивнул, и подростки сняли пушки с лафетов. Пока они, переругиваясь, вытаскивали их на палубу, прошло еще несколько минут и, подняв голову, чтобы взглянуть на пиратов, Момои не сдержала восклицания. Фрегат оказался совсем рядом! Тецу оказался прав и события теперь развивались стремительно.

— Быстрее, они заметили нашу игру! — боцман уже подтаскивал ядра. — Кок, ты, говорят, когда-то был пушкарём?

— Кем я только не был… — старик уже вовсю командовал матросами, направляя лежащие на палубе пушки на пиратов. — Положи ядро, Фукуда, я зарядил их заранее! Не болтайтесь под ногами, ребятки! Они ведь нам ответят, и тут уж начнется веселье!

Сацуки отошла в сторону и оказалась рядом с Хикари. Эта девчонка, казалось, не боялась вообще ничего!

— Они заряжают, — спокойно сказала она. — С такого расстояния промахнуться уже не получится. Попутчик, пали или будет поздно!

Момо тоже видела, что две пушки на носу вражеского корабля уже готовы к выстрелу. Канонирам, казалось, можно заглянуть в глаза, так близко фрегат подошел к ним. Несмотря на опасность, девушка не могла не любоваться большим кораблем. По сравнению с «Бриэкетом» он выглядел настоящим красавцем. Только теперь Момо осознала, что сдаться, возможно, было бы правильным решением. Канониры пиратов поднесли фитили к пушкам, но Попутчик и помогавший ему Такао успели выстрелить раньше. Палуба под её ногами вздрогнула, их корму заволокло дымом и теперь Сацуки видела лишь верхушки мачт пиратов. Полуоглохшая от грохота, ослепшая от дыма и кашляющая от удушья, девушка силилась понять, удачен ли был выстрел.

— Мы попали или нет?

— Тут бы и ты не промахнулась! — Хикари, щурясь, тоже пыталась хоть что-то рассмотреть. — Попали и, похоже, неплохо, раз они не отвечают! Разорви меня дьяволы, старый кок не растерял сноровку!

— Ты знала его раньше? — Сацуки давно это подозревала. — А Касугу?

Хикари ничего не ответила и полезла на мачту. Кисе, конечно же, поспешил следом, присоединился к ним и Тецу. После того, как развеялся дым от выстрела, ветер понес на них еще одно облако, теперь с пиратского корабля. Но с мачты подростки увидели, что лафеты обеих пиратских пушек разбиты, а на баке лежат трое то ли убитых, то ли тяжело раненых. Временная глухота прошла, и Момо расслышала гневные крики пиратов. Матросы "Бриэкета" ответили им дружной руганью и гиканьем.

— Славный выстрел! — Хикари сорвала с головы шляпку (Откуда она её взяла оО) и бросила ее в воздух. — Жаль, что мы так поздно начали! Теперь и из мушкетов они нас достанут, а на корме парням не спрятаться. Эх, надо было одну пушку в каюту к Адекс затащить — там было бы сподручнее! Но с таким капитаном мы, считай, вовсе без начальника, а Омура не в счет.

— Но мы разбили их пушки! — радовался Кисе. — Момои, ты когда-нибудь видела такой удачный залп?!

Девушка лишь пожала плечами, потому что это был первый залп, который она видела. Кок и Такао, ругаясь, при помощи других матросов снова заряжали отброшенные отдачей пушки. Без лафетов управляться с ними быстро не получалось. Один из матросов негромко скулил, сидя на палубе. По всей видимости, в момент выстрела ствол ударил его по ноге.

— А вот это уже совсем весело! — Хикари захохотала и Момо стало жутко. — Попутчиук, они поднимают черный флаг!

— Слезь оттуда, чертовка! — заорал чумазый кок. — Уйди в трюм, прошу!

Сейджуро только продолжала смеяться. Сацуки и сама теперь видела, что пираты подняли свой черный флаг.

— Там череп! — присмотрелся Аомине, который отличался остротой зрения. — Череп и… Что-то вроде песочных часов.

— Это значит: ваше время истекло! — пояснила Хикари. — Мы рассердили их, и капитан пиратов обещает убить нас всех. Что ж, по крайней мере теперь ясно, что сдаваться нет смысла. Мистер Фукуда! — закричала она помощнику капитана, вставшему за штурвал. — Пора что-то делать, или вы хотите, чтобы они ткнулись носом в нашу корму?!

Помощник капитана лишь втянул голову в плечи, но не оглянулся. Стоявший рядом с ним боцман Омура беспомощно развел руками — он командовать не имел права, а идти против начальства боялся.

— Хотя, пожалуй, уже поздно, — сказала, подумав, Хикари. — Если попробуем отвалить в сторону, то попадем им под бортовые пушки. Слишком близко… Я спускаюсь, молодые люди, и вам советую — пираты берутся за мушкеты!

Когда подростки оказались на палубе, раздались первые выстрелы. Конечно, враги целили в канониров, и сразу уложили двоих. Если бы пушки находились в бортовых портах, стрельба не принесла бы результата, но сейчас спрятаться было некуда. Закричал раненый Такао, и второй их залп оказался в два раза слабее первого: Попутчик, держа по фитилю в каждой руке, выстрелил из двух стволов. Ребят снова заволокло дымом, стрельба пиратов почти стихла. До Сацуки донесся звук взрыва.

— Он снова попал! — закричал Кисе. — Молодец, кок!

— Если морской дьявол нам не поможет, все бесполезно, — покачал головой Тецу, который незаметно выплыл из дыма. — Нам не отправить их на дно и не снести мачты.

Из каюты вышла Гарсия и быстро огляделась. Куроко направился к ней, чтобы предложить свои услуги, но Касуга оказался возле жены раньше.

— Слышала, дорогая? — неожиданно весело спросил он. — Пираты подняли флаг с песочными часами! Их капитан обещает перебить всех находящихся на борту брига!

— Вот как? Но это ужасно!

Или Момо показалось, или в голосе Гарсии сквозил не страх, а раздражение. Однако размышлять о странных взаимоотношениях супружеской четы девушке было некогда — Попутчик, ругаясь на чем свет стоит, просил хоть кого-то ему помочь. Акаши с Фуукацуми и Момо кинулись к нему и помогли засыпать в пушки пороху и забить пыжи. Действовала Сацуки, в отличии от Сея с Дайки, не слишком умело, да и заряжать лежащие без лафетов пушки неудобно. Когда кок, ставший им главным канониром, лично опустил в пушки ядра и приготовился поднести к ним фитили, пираты уже отваливали в сторону. Они были совсем рядом и один из них, подняв мушкет, целился прямо в Сацуки! Если бы пушки не выстрелили в ту же секунду и их не заволокло дымом, все было бы кончено.

— Они нас обходят! — Попутчик, кашляя, потащил трёх подростков с кормы. — Ну, теперь начнется веселье! У них людей больше, чем у нас, раза в четыре! Я уж не говорю про бортовой залп! Где Хикари?

Но девчонка куда-то пропала. Пиратский фрегат и правда догнал «Бриэкет» — теперь его нос поравнялся с его левым бортом. Алекс исчезла с палубы, а Касуга, все так же необычайно быстро перезаряжая свое длинноствольное ружье, вступил в перестрелку с пиратами. Судя по ругани, доносившейся с фрегата, огонь англичанина наносил им немалый ущерб. К Касуге присоединились и те из наших матросов, что посмелее, но и в ответ летели пули. Подросткам мушкетов не досталось, так что оставалось лишь наблюдать.

— Почему не стреляют наши пушки?! — возмутился кок. — Пойду вниз! Если увидите Хикари, прошу: затащите ее в какой-нибудь уголок потише!

Кисе, конечно же, принялся метаться по бригу в поисках неугомонной девчонки. Момои хотела ему помочь, но вдруг увидел Тецу. Он стоял по правому борту, за кормовой надстройкой, и пока был в полной безопасности, но именно заметив его, девушка понял, что все они, по сути, обречены. Ей просто не верилось, что пираты могут быть настолько жестоки, чтобы убить и его! Она подошла и Куроко поднял на неё свои прекрасные синие глаза.

— Мы проиграем бой, верно? — спросила Момои.

— Еще ничего не решено!

— Их больше, и корабль у них быстрее… — Сацуки пожала плечами. — Что ж, чему быть, того не миновать.

— Ну-ка, цыц! Что за слова! — Хикари неожиданно оказалась рядом. Вся в саже, веселая, она ловко заряжала где-то добытый пистолет. — Если капитан поднял флаг с песочными часами — умрут все, это закон! Иначе никто в этих морях не будет его уважать.

— Дядя приказал держать тебя подальше от боя… — робко заметила Момо.

— Пусть командует своей старой задницей!

Миг — и Хикари исчезла в дыму. Корабль качнуло — это выстрелили их пушки по левому борту, прямо в пушечные порты пиратов. Те ответили почти в тот же миг, и Сацуки показалось, что «Бриэкет» сейчас развалится и вместе с ними отправится ко дну. Тецу, чтобы не упасть, схватилася за девушку. По палубе покатился боцман Омура и Момо с ужасом поняла, что у него напрочь оторвана одна нога.

— Что ж, если выхода нет — вперед, Момо! — Тецу с неожиданной силой оттолкнул девушку. — Может быть, если мы не пустим их на наш корабль, пиратский капитан все-таки начнет переговоры?

Сацуки шагнула в дым, ожидая немедленной гибели. Под ногами у неё оказался кем-то оброненный мушкет, она подняла его и наудачу выстрелила. Мушкет оказался заряжен и девушка даже расслышала в дыму чей-то отчаянный крик. Она попал в этого человека, или это был кто-то другой? Момо пригнулась, стараясь найти где-нибудь на палубе порох и пули, без которых её мушкет был теперь бесполезен. Вот-вот пираты должны были дать новый залп. Порывом ветра дым снесло в сторону и девушка увидел их высокий борт. Пушки, казалось, смотрели прямо на неё. Она поняла, что если пираты захотят, то снесут с их палубы все: и людей, и даже мачты. Но вместо ядер к на борт полетели крючья.

— Руби их, руби! — мимо Момои пробежал их корабельный плотник с топором. — Не стойте, рубите канаты!

Он успел избавить «Бриэкет» от двух или трех вонзившихся в борт абордажных крючьев, а потом чья-то меткая пуля размозжила ему голову. Сацуки, отчаянно размахивая саблей, продолжила его дело, на помощь ей подоспели несколько матросов, но пиратыы уже сыпались на их палубу, как горох. Не прошло и минуты, а корабли сблизились и сцепились намертво. Каким-то чудом увернувшись от направленной на Момо пики, она попытался поразить врага саблей, но он ловко ударил её древком в живот и девушка упал. Несколько мгновений Момо не могла подняться и лишь ловила воздух ртом, словно рыба, глядя на кипящую вокруг битву.

Большинство матросов «Бриэкета» не привыкли сражаться, и поначалу пираты легко потеснили их. Но потом в бой ворвался Касуга. Надо отдать ему должное, драться он умел. В упор пристрелив здоровенного бородача в богатом костюме, он отбросил ружье и выхватил у мертвеца из-за пояса пистолет, чтобы тут же прикончить еще одного. Третий бросился на англичанина с топором, но наткнулся на неуловимо быстрым движением выхваченную саблю.

Момои смогла наконец вскочить и присоединилась к Тецу, который орудовал только левой рукой. Вдвоем они потеснили противостоявшего ему пирата, потом Куроко, сделав ловкий выпад, проколол врагу горло. Они, все так же вместе, атаковали спрыгнувшего с фрегата боцмана, и на какое-то время девушке показалось, что победа будет за ними. Однако пираты, поднявшись на нижние реи, дали по ним залп из мушкетов и сразу несколько матросов упали.

— В сторону бака! — хрипло закричал Куроко. — Отходим в сторону бака!

Девушка увидел, как боцман, уклонившийся от боя с ними, хладнокровно заколол лежавшего у него под ногами раненого матроса. Сомнений не осталось: пираты пришли не брать в плен, а убивать. Их капитан оставался верен своему обещанию.

Отступив к носу «Бриэкета», они встали плечом к плечу и снова остановили натиск неприятеля. Касуга, разумно рассудив, откуда исходит большая опасность, снова взялся за ружье и одного за другим сбивал с рей вражеского корабля засевших там пиратов с мушкетами. Краем глаза Момо заметила старого кока, с ножом в зубах и двумя саблями в руках отбивавшегося от целой группы пиратов.

— Касуга! — даже сквозь шум боя прорезался высокий голос Хикари. — Касуга, их капитан возле штурвала, в красной шляпе!

Эта девчонка действительно неплохо соображала! Если честь капитана зависит от исполнения им же вынесенного приговора, то единственный наш шанс — убить его! Может быть, тогда пираты задумаются о потерях и согласятся оставить членов экипажа «Бирэкета» в живых? Между тем натиск врагов понемногу усиливался — их было больше, на место раненого тут же вставал свежий боец. Руки Сацуки налились тяжестью, она размахивала саблей все медленнее. Заметив это, её противник, коренастый пират в железном шлеме, со всей силы ударил по её клинку и оружие вылетело у девушки из рук. Следующий удар прикончил бы Момо, если бы отчаянно кинувшийся ей на помощь Тецу не успел вонзить нож в живот врага.

Пират, удивленно вытаращив глаза, прижал руки к ране, будто пытаясь таким образом остановить хлынувшую кровь. Девушка, почему-то не менее удивленная, попятилась. Куроко пришлось хорошенько встряхнуть Момои, чтобы она пришла в себя. Касуга, расстреляв все заряды, снова взялся за саблю, расшвыряв сразу нескольких врагов. Однако пираты, поняв, какую угрозу представляет для них англичанин, теперь не нападали на него по одному. Как ни яростно дрался мужчина, но вынужден был отступать шаг за шагом, пока не оказался прижат к борту. Сацуки с ужасом поняла, что Касуга вот-вот падет, и тогда им долго не продержаться.

И в тот самый миг, когда зашедший сбоку пират уже поднял саблю для решающего удара, у Момои заложило уши от чудовищного, истошного визга. Все, как по команде, перестали сражаться и повернули головы. Если бы девушка не видела этого сама, то не поверила бы, что этот крик гарпии могла издать Гарсия. Тянулись мгновения, а она все визжала и визжала, идя прямо на пиратов. И еще прежде, чем замолчать, вдруг выхватила спрятанный в юбках пистолет и выстрелила прямо в лицо высокому, богато одетому пирату. Прежде, чем враги успели что-то понять, во второго полетел тонкий, узкий стилет. В наступившей тишине Момо отчетливо услышала, как рядом выругался Такао — пират упал на палубу с торчащей из горла рукояткой.

Единственный, кто не терял времени — Касуга. Получив неожиданную и такую нужную помощь от своей жены, он несколькими точными ударами прикончил неподвижных противников и с криком бросился вперед, разя неприятеля. Вслед за ним кинулся Такао, потом другие, и пиратишки дрогнули. Команда теснила их по всему кораблю, некоторые уже перебирались обратно на свое судно. Такой неожиданный перелом в сражении вызвал панику у пиратов и прилив сил у бирэкетов. Надолго бы этого не хватило, но старик Попутчик внес свою лепту. Кок поджег запал у ядра и, крякнув от натуги, исхитрился перебросить его через высокий борт вражеского корабля. Ядро разорвалось в самой гуще не ожидавших этого врагов, и на вопли изувеченных врагов команда ответила дружным победным ревом.

— Ты достал его! — снова донесся до Сацуки крик Хикари, обащённый к коку. — Молодец, старый Лао!

Момои скосила глаза и увидела, как испанцы на руках уносят белобородого капитана, то ли раненого, то ли убитого. Богатая красная шляпа, подброшенная разрывом, упала на палубу «Бирэкета». Но и это еще не все — бросок Попутчика оказался настолько удачен, что повредил мачту испанцев, она опасно накренилась.

— Руби концы! — закричал Касуга. — Нам надо отвалить от них!

Потеря капитана окончательно деморализовала пиратов. Они полностью прекратили попытки захватить «Бриэкет» и отступали на свой корабль. Команда занялась крючьями и спустя минуту полностью освободила от них борт брига. Матросы, почти не нуждаясь в командах, занялись парусами, кок встал к штурвалу. Когда пираты опомнились и дали по ним залп из пушек, бриг почти успел повернуться к неприятелю высокой кормой. Они потеряли еще двоих, но оснастка урона не понесла. Минута — и «Бриэкет», набирая ход, оказалась уже в сотне футов от врага.

— Теперь нам бы только не затонуть! — Попутчик взял командование на себя. — Проверьте трюм — нет ли течей! Плотника убили, вот черт! Без него нам придется туго. Хикари! Да не вертись на палубе, они же снова будут стрелять! И вообще шла бы переоделась, неприлично девице твоих лет разгуливать в платье с оторванным рукавом.

— Да, пора проведать Рико! — проходя мимо Кисе, Сейджуро сунула ему в руку все еще дымящийся пистолет. — Кстати, все хочу спросить: а где наш геройский капитан?

— Упился в стельку еще до того, как пираты пошли на абордаж… — хмуро сказал Такао. — Валяется в каюте, где ему быть?

— Надо посмотреть! — Касуга решительно направился к корме. — Вдруг пираты добрались до него?

Не зная, чем себя занять и чувствуя дрожь во всем теле, Сацуки пошла с ним. Англичанин оглянулся на неё через плечо и отчего-то подмигнул.

— Вы просто великолепны, господин Касуга, — сказала девушка, когда они подошли к капитанской каюте. — Если бы не вы…

— Теперь ты знаешь, каков я в деле. А то небось думала, что я «хвастливый англичанишка», как вы нас называете? — Касуга без стука отворил дверь и Сацуки увидела капитана, ничком лежавшего на койке. — Постой здесь, мне кажется, там ужасная картина…

Англичанин вошел и затворил за собой дверь. Девушка, несколько обескураженная, вдруг вспомнила о ревности Касуги к капитану и заподозрила неладное. Но прежде, чем она решилась войти, мужчина уже вернулся к ней.

— Так я и знал — мертв! Кто-то из испанцев побывал здесь и заколол его, пьяного, в спину, — он посмотрел прямо Сацуки в глаза и вдруг широко улыбнулся. — Оно и к лучшему, правда? Такой капитан всем только мешал.

Он вернулся на палубу, а девушка, немного подумав, все же решилась войти. Внешне все выглядело именно так, как сказал Касуга: из спины лежавшего капитана торчал нож. Удар пришелся прямо в сердце. Вот только в тот короткий миг, когда она видела капитана через дверь, ножа у него в спине Момо не заметила… Она никогда не считала себя трусихой, а теперь только вышела из кровавой сечи, и все же ейе мне пришлось сделать над собой немалое усилие, чтобы прикоснуться к руке мертвеца. Она оказалась еще теплой. Снова взглянув на спину Ивамуры, Сацуки увидела, как по камзолу медленно расползается кровавое пятно. Капитана убил Касуга, прямо сейчас, почти на её глазах!

Только что она была готова преклоняться перед этим человеком — и вот, оказалось, что он может убить спящего человека ударом в спину. И всего-то потому, что ревнует к нему жену! Девушке стало не по себе, навалилась страшная усталость. Она вышла на палубу и села прямо на доски, залитые кровью. Вокруг царило ликование — оказывается, у пиратов вдобавок ко всему вспыхнул один из основных парусов, и теперь враги были заняты тушением пожара.

— Даже не стреляют! — ухмылялся довольный Попутчик. — Скоро будем далеко. А меньше, чем через час, будет уже темно, и пусть тогда попробуют нас отыскать! Парни, огни не жечь, это серьезно!

Касуга стоял рядом с ним и, прикрыв глаза, ощупывал капитанскую подзорную трубу, которую успел прихватить в каюте. Теперь эта его привычка показалась Момри зловещей. Кок, отдав еще несколько распоряжений, присел рядом со девушкой и раскурил трубку.

— Ты видела мертвого капитана? — тихо спросил он.

— Его убил Касуга.

— Я так и подумал… Но, если откровенно, это меня устраивает, — девушка удивленно посмотрел на него и старик пожал плечами. — Ни к чему нам этот пьяница. Хотя бы яйца от кур и молоко от козы достанутся раненым. Пусть уж покомандует Фукуда, плавание почти завершено. Вот плотника жалко — течи у нас серьезные… Так что ты, племянница, прикуси язык. Ребята после этого боя горой встанут за англичанина, а он, как ты теперь знаешь, парень злопамятный. Мой добрый совет: молчи.

Сацуки вздохнула. Мимо прошла Гарсия — как всегда прекрасная, изящная… Момо не могла поверить, что она могла за одну секунду отправить на тот свет пару пиратов. Похоже, Алекс совершенно не переживала о случившемся. Они с Касугой коротко о чем-то переговорили, но никакой близости между ними девушка не заметил. Это показалось ей странным — ведь Гарсия только что спасла ему жизнь.

— А эта дамочка, может быть, еще покруче муженька… — задумчиво прошептал её дядя Лао. — И глаза у нее во время боя стали разноцветные, Хикари права.

Веки Сацуки совсем отяжелели, и девушка почувствовала, что проваливается в сон. Усталые матросы вели корабль и перевязывали раненых, но об уборке никто речи не заводил. Последнее, что Момо помнит — рядом со ней присел Кисе и стал что-то рассказывать о Хикари. Девушка уснула, и ей приснилось её поместье. Она сидел на крыльце дома и говорила со странным "чёрным", закутанным в тёмный балахон, человеком. Он рассказал ей много интересного и о Касуге, и о Гарсии, и, почему-то, о Лао. Но что именно, она к утру не помнила.
_____________________________________________
Лафеты - специальное приспособление, опора (станок), на котором закрепляется ствол орудия с затвором.
Ватерлиния - линия соприкосновения спокойной поверхности воды с корпусом плавающего судна.
Такелаж - общее название всех снастей на судне или вооружение отдельной мачты или рангоутного дерева, употребляемое для крепления рангоута и управления им и парусами.
Канонир - пушкарь.
Пыжи - компонент огнестрельного оружия.
Пика - холодное колющее оружие, разновидность длинного копья.
Аниме форум » Наше творчество » Книжная полка » Фанфики » Момои
  • Страница 1 из 3
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Поиск: